Наконец, мне надоело фланировать, и я пошел в зал. Устроившись на своем месте, огляделся. Слева сиденье было пустое, справа усаживался высокий, худощавый мужчина с щеточкой усов под аристократическим носом. Он мне небрежно кивнул, подзывая к себе пальцем какого-то прилизанного парня.

Зал постепенно наполнялся, прозвучал третий звонок. Краем уха я слышал разговор усатого с помощником — он давал какие-то указания, тот услужливо отвечал «Да, мистер Хьюз». Я пригляделся к соседу и узнал в нем эксцентричного миллиардера Говарда Хьюза. Владельца «заводов, пароходов» и примерно так половины Лас-Вегаса.

Говард был известен стране не только своими успехами в бизнесе, скандалами со звездами Голливуда, но и инженерными достижениями. Хьюз руководил разработкой и испытывал важные технологические решения в самолётостроении и авионике: убирающиеся шасси, цельнометаллический моноплан, средства радионавигации, автопилот… Установил несколько мировых рекордов в авиации. Все это я узнал из фильма про него, в котором знаменитость сыграл Леонардо Ди Каприо.

— Привет, Хьюи — к миллиардеру подошла блондинка с точеной фигуркой в голубом приталенном платье, поцеловала мужчину в щечку — Выглядишь не очень.

Говард и правда выглядел так себе — желтая ссохшаяся кожа, блестящие глаза. Похоже богач плотно так сидел на «белом».

Голубоглазая блондинка уселась слева от меня, недоуменно посмотрела сначала на мой агат в ухе, потом на меня самого.

— Мы виделись? Ваше лицо мне кажется знакомым.

— Питер Уолш — я первый подал руку, женщина ответила на рукопожатие.

— Да, да… Это про вас CBC сняло целый фильм. Новый рок, кажется?

— Темный. Группа AC/DC. А вы…?

— Джейн Фонда, актриса.

Вот это номер! Я не узнал знаменитую обладательницу сразу нескольких Оскаров. Правда, кажется все ее премии — еще в будущем.

— Извините, не узнал — я развел руками, касаясь.

— Не вы первый — вздохнула Фонда — Как только уехала жить во Францию в Штатах обо мне мигом забыли. Я слышала одну вашу песню — Sweet child o mine — она гениальна. Это что-то новое, необычное!

К нашему разговору прислушивался Хьюз. Но стоило ему повернуться ко мне и заговорить, как в зале погас свет, начался концерт Короля. Элвис был хорош. Глубокий, пронзительный голос, сразу несколько отделений — песни с рок-группой, возглавляемой гитаристом Джеймсом Бёртоном (его представили отдельно), с эстрадно-симфоническим оркестром аж из 35 человек, с госпельным квартетом The Imperials и даже негритянской вокальной группой The Sweet Inspirations. Слушая Элвиса, я четко осознал как мало мы из себя сейчас представляем. Одних только костюмов Пресли поменял за концерт штук шесть.