Да ещё и ненавидящие нас, жителей Сектора, из самых ксенофобских побуждений. — Она должна уйти, — закончил он. — Да и ты… Я не против тебя, говорю же, ты правильный пацан. Но определись, кто ты? Один из них, или один из нас? — Извините, что потревожили вас своим присутствием. — Хуан подошел к ней, провел пальцем по одному из синяков под глазом — Сильвия чувствовала, как тот медленно, но неумолимо наливается. — Ты готова, принцесса? Это не наш бал, я ошибся. И очень-очень об этом сожалею. — Я тебя понимаю, Хуан, — ответила она по-испански. — Ты хотел как лучше. И зла не держу. Пойдём. И под напряжённое молчание они двинулись прочь, к выходу из кухни, когда сзади раздался голос Хана: — Нет, ребят. Так неправильно. — Что, неправильно? — со злостью обернулся к нему Павел. — Неправильно то, что вы делаете. А как же презумпция невиновности? Девочка, конечно, из той ещё семьи, и я больше скажу, причин ненавидеть сеньора Октавио у Хуана не меньше, а гораздо больше, чем у Ирки… Но это не значит, что она плохая. Не значит, что точно станет одной из них. Это неправильно, ребята! Павел устало усмехнулся. «Ещё один такой выискался». — А какой она станет, Хан? Кем она ещё может быть? — А если общаясь с нами она… Не станет? — упорствовал друг Хуана. У него было очень туго с красноречием, но он старался, как мог. — Ты сам в это веришь? — скривился Павел. — Ребят, ну вы-то хоть скажите что-нибудь? — начал оглядываться Хан по сторонам в поисках поддержки. Однако, к его сожалению, присутствующие как минимум отворачивались. — Ну, хоть кто-нибудь, скажите же, что это неправильно, чёрт вас всех подери! Что Павел сгущает краски и всё не так! Нет, тишина. Для Хана это стало ударом, хотя Сильвия в ином исходе не сомневалась. — Хан, всё правильно, — наконец, сказал кто-то. — Она не станет другой. Потому, что она такая, как есть. Мы враги классовые, это кроме того, что она латинос. — Я тоже латинос! — вскричал он. — На целую четверть. И что, мне тоже уйти? — Тебя никто не гонит, — фыркнул Павел, однако, убрав глаза в пол. — А я уйду. Потому, что… Неправильно это всё! — так и не смог сформулировать Хан мысль. — Ванюша, пойдём, брат. Это какое-то сборище ксенофобов, а не нормальные ребята. Карен, Фудзи? — обернулся он к оставшимся членам группы. — Парни, знаете что? — вновь остановил всех голос узкоглазого члена их команды. — Вот я послушал и Хуана, и вас. А вас так вообще давно знаю. Хотите узнать мнение со стороны? — вопросительно сузились его и без того неширокие глаза — Со стороны?