отшатнулась на шаг, пытаясь, как и я, на ходу переосмыслить происходящее. Пауза. Бесценные секунды. Она переваривала эпитет, анализируя его с разных сторон, я же пытался собрать волю в кулак и подавить охватившее всю мою сущность оцепенение. И вдруг понял, что дурак. Не просто дурак, а самый-самый большой болван из всех, какие бывают. И какие не бывают — тоже. Фрейя. Паула. Марина… Это всё мелочи, всё не то. БЭЛЬ, вот она, та девушка, ради которой я пойду на всё. И уже ходил, достигнув кое-каких успехов. Этого года не было. НЕ-БЫ-ЛО, не существовало. Не было корпуса. Не было взвода с красноволосым демоном, Розой, Мией, Патрисией и восточным аксакалом в юбке. Не было обнимашек в душевой. Не было Белоснежки и семи гномов, Терезы с пятнашками, Камиллы и всех-всех-всех моих любовниц. Они не существовали и не существуют, и тем более ничего для меня не значат. Как ничего не значит и Фрейя со всеми своими высокомерными закидонами и предъявами на мировое доминирование. Милая девочка, но… Но. А Санчес? Это вообще смешно! Марина — моя белая обезьяна, моя болезнь; девушка, которой я помог из благодарности, потому, что она другая, не похожая на остальных, и была достойна лучшей доли, чем та, что ей светила. Она хорошая, и меня к ней тянет, как и к Фрейе… Но не может быть моей судьбой, какие бы отношения юридически нас ни связывали. Передо мной же вновь стояла девочка с белоснежными волосами, которую я крутил на танцполе маленького клуба в центре, и смотрела такими же, просто чуть более взрослыми наивными глазёнками. Да, платьице не то, и причёска другая… Но я всё так же был готов ради неё на что угодно, как и она была готова прыгнуть в омут, назло всему своему окружению. Мы вернулись в ту точку, в которой расстались тогда. …Но пространственно-временной континуум — скверная штука. Не бывает во вселенных двух одинаковых точек, с одинаковыми параметрами и вариативностью. — Хуан, я… — Бэль почувствовала мою неуверенность и подалась вперед. Женщины они ведь вообще более эмоциональны. И утонула бы в моих объятиях, и все проблемы разом перестали бы существовать… Но мужчины — не женщины. Мужчины — куда более расчётливые и рациональные сволочи. И я сволочь. Ибо за мгновение до её порыва окончательно пришел в себя, разложил ситуацию по полочкам и… Испугался. Нового прыжка в омут. Его последствий. Теперь мой испуг был диаметрально противоположен тому, что преследовал на входе в это заведение. Я испугался того, что всё, чего достиг, что заработал трудом, потом и кровью, в один миг