— Но ты что-то натворила, — поняла Изабелла и довольно растянула губки. — Угу. Побила братца. Папочкиного наследничка. Слишком заносчивый сукин сын. Папуля, конечно, вмешиваться не стал, просто пожурил на семейном совете. А мачеха сказала, что если хочу и дальше получать деньги, должна на год улететь с планеты. Пока на год, а там посмотрит. Но лучше мне взяться за ум и поступить здесь в какое-нибудь престижное учебное заведение, она лично даст на это деньги. А потом, если получится, и карьерой заняться. Главное, чтобы от Каракаса я держалась как можно дальше. Как и от двора. — Братец был не один, когда ты его била, да? — вновь всё поняла Изабелла. Глазки бестии сверкнули. — Конечно. С ним был мой будущий жених, сын папиного давнего партнёра. Ты не смотри на меня, я только с виду хрупкая. На самом деле занимаюсь единоборствами, с детства. Мы, бастарды, должны уметь за себя постоять, даже с кулаками, если потребуется. Особенно кулаками! — Да, ты спортивная, — признала Изабелла, оценивая тело огненноволосой взглядом опытного гурмана. — И что теперь? Решила, чем займёшься? В смысле, будешь поступать или нет? Паула пожала плечами. — Думаю. Время есть. А на Землю мне и самой не хочется. Тут я свободна, тут я — имперская аристократка. Всем плевать на моё происхождение, тут и своих кого клевать хватает. Там же я «эта безродная шавка»… — зло выплюнула моя напарница, и злость эта была искренняя. Мне стало жаль её — девочка натерпелась в жизни, несмотря на статус племянницы императора. Бэль почувствовала искренность, протянула руку через стол и погладила её ладонь. — Не переживай. Кстати, мой отец… Тоже простолюдин, — вырвалось у неё. — Это не одно и то же, но… Что-то общее в нас есть. — Не знаю — не знаю. Ты не отщепенка, у тебя много друзей, — завистливо бросила Паула взгляд в сторону стихшего на время застолья. — И тебя любят. — Хочешь, я познакомлю тебя с ребятами? Введу так сказать в высшее общество? — воодушевилась Бэль. — Нет! Не сегодня! И сверкни раздевающим взглядом! — успел произнести я прежде, чем Паула сморозила бы глупость. — Давай не сегодня?.. — Рыжеволосая не терпящим двоякого толкования взглядом уставилась Бэль в декольте. Та вновь зарделась. — Ты прикольная. Потому и разбираешься в людях? Что жизнь побила? Паула довольно, словно сытая львица, усмехнулась. — Пришлось. Должна знать, что за гадюшник это высшее общество. А тут ещё и статус. Приходилось трижды смотреть под ноги, прежде чем сделать очередной шаг. И то обжигалась на каждом шагу и отхватывала.