— Мы составляем план?
Рабочая встреча сильно затянулась, потому ужинали прямо здесь. Уже довольно поздно вечером возле подъезда дома, где жил начальник КрайГБ, остановился черный тонированный джип, из него тенью выскользнул полковник. Дверь в подъезд услужливо открылась, пропуская его внутрь. Доклад был коротким и емким, но после него Губареву срочно пришлось принять некоторые лекарства.
Хотя свою визу на операцию он поставил незамедлительно. Времена и в самом деле сильно изменились, а этот поживший и повидавший многое службист был не из тех, кто прячется за чужие спины. Он до сих пор гордился своим дедом, военным контрразведчиком, и не желал осрамить его памяти. Так уж воспитан был.
Глава 21 Поморский особый край. Северодвинск. 15 ноября 2036 года
В самых лучших традициях НКВД аресты в нескольких городах края проходили рано утром. Час Волка. Когда людей одолевает самый крепкий сон, и они беззащитнее всего. В квартиры, в дома стремительно врывались вооруженные люди, ломая двери и ворота. При малейшем сопротивлении применялись спецсредства, или что еще надежней — пудовые кулаки.
Указанные оперативники склады, гаражи вскрывались безо всяческих санкций, военное положение это позволяло. Операцию оперативной службы Край УВД и его спецназа крепко прикрывали морские пехотинцы и росгвардейцы. Они нисколечко не смущаясь, разворачивали на перекрестках свои бронемашины, игнорируя остальных напрочь, перекрывали потоки, легендируя свои действия очередными учениями.
Слишком важным и ответственным личностям под их любопытный нос совались самые настоящие приказы вышестоящего начальства. Патрульные, чертыхаясь и кляня все на свете, выстраивали новые маршруты для транспорта или перекрывали целые кварталы. С военными сейчас лучше было не спорить. Себе дороже выйдет!
Задержанных немедля переправляли на секретный объект связи, стоящий на берегу Северной Двины, в тридцати километрах от старой Столицы Севера. Здесь самыми современными методами дознания у них собиралась информация. Работали следователи, криминалисты, медики. К вечеру перед Михайловым и Губаревым были выложены защищенные планшеты, на которых светился ряд ставших доступными фамилий, и очень известных фамилий. Короткий обмен мнениями по защищенному военному каналу и маховик репрессий завертелся дальше.
В комфортабельные новые квартиры, такие приезжим почти не доставались, только самом высокому начальству, вламывались или вежливо входили люди. Хозяева этих жилищ также вели себя по-разному. Кто-то спокойно собирался, прикидывая, что можно взять полезного с собой на несколько предстоящих дней. Но большая часть арестованных устраивала сцены и нагнетала истерику, в которых зачастую участвовали не менее истеричные домочадцы.