восьмисот семнадцати задержанных, что позволяло создать видимость «сурового, но справедливого суда». Глава 76 В назначенный день, 1 октября, рано утром, на небольшое поле рядом с Варшавой вывели заключенных. Место действия заранее обнесли забором и оцепили солдатами, а за его пределами подготовили все необходимое к тому, чтобы максимальное количество зрителей чувствовало себя комфортно. Даже аккуратные будочки общественных туалетов организовали, мало ли у кого живот скрутит. Само собой, о том, что на поле будет происходить большой суд «бандитов и преступников», известили через газеты всю Варшаву за день до того, что привело к огромному скоплению народа. К началу слушаний за кольцом оцепления стояло около тридцати тысяч зрителей, которые размещались на ступенчатом помосте, позволявшем стоять им уступом и все видеть. В качестве еще одного необычного элемента предстоящего кровавого шоу выступал аккуратный ров, отрытый прямо в поле, где и планировалось хоронить осужденных. С самого утра погода стояла свежая, но ясная, что позволило уже в десять часов приступить к слушанию. Двенадцать «троек» заседали за индивидуальными столами, покрытыми бархатной ярко-красной материей. Куда заключенного подводили конвоиры после озвучивания имени и фамилии. А далее происходило оперативное рассмотрение дела. За счет грамотной работы агентуры и прекрасно подготовленных материалов обсуждать там особо было нечего, поэтому вся процедура занимала не больше трех-пяти минут. А далее, если человека признавали виновным, конвой отводил его ко рву, передавая расстрельной команде. Приведение приговора в исполнение происходило несколько необычным для местных традиций методом — пулей в затылок из револьвера. Для пущего эффекта Александр распорядился пули отлить из свинца без примеси сурьмы, а потом специально притупленные кончики у них рассекать ножом крестообразно. Подобное решение давало поистине устрашающий эффект — раскрывшаяся мягкая пуля вылетала из головы очень эффектно, вынося наружу половину содержимого черепа. У такого подхода было, несомненно, два плюса. С одной стороны, смерть наступала мгновенно и без мучений. С другой — тем, кто только ожидал рассмотрения своего дела, подобная форма казни оптимизма не добавляла. Даже несмотря на то, что примерно каждого третьего оправдывали. Форма проведения суда и казни специально была так организована, чтобы случился эксцесс, который Саша откровенно хотел спровоцировать. Арестованным было просто физически невозможно сохранять спокойствие в такой