Мне подсказывают, что стоит убежать и спрятаться? Очень одобряю эту идею, а то прошлая встреча с дочкой графа у меня не задалась… Вот только я что, всю жизнь буду бегать?
– Вели Арман, – шаги приближались, судя по звукам, Лана явно не одна. Хорошо, что заросли фруктовых деревьев достаточно густы, чтобы дать мне фору. – Я не знаю, чего от вас хочет дочь, но она в петле… И в воскресенье кто-то из Сопротивления взорвет Соул.
Зачем Лана может сюда заявиться? Почти наверняка ее цель – привлечь отца на свою сторону. И мне бы сейчас понять, как он на это отреагирует.
– Значит, она убьет меня, – тон, каким граф произнес эту фразу, был неуместно спокойным. Как будто мы говорим о вечернем чаепитии, а не о смерти. – Других вариантов нет. О петлях ты знаешь от Садона?
Ага, вот и причина спокойствия – он догадался о петле и теперь явно планирует свои действия не только в рамках этого повтора, но и всех следующих. Может быть, и мне поступить так же? Вот вели, у которого есть связи, который явно не собирается сотрудничать с повстанцами, раз говорит о смерти, и который находится при этом в достаточно затруднительном положении, чтобы рассмотреть мои слова всерьез.
– Нет, – покачал я головой. – Я сам в ней нахожусь. И, может быть, обсудим это в следующий раз? Если вы…
– Отец, на этот раз ты меня выслушаешь! – между деревьев уже показался оранжево-серый комбинезон, и Колонель, мгновенно сориентировавшись, жестом приказал мне спрятаться в густых зарослях какой-то терпко пахшей травы с фиолетовыми цветами.
– Мой брат Валор – сводный, – еле слышно шепнул граф. – Скажи мне об этом, когда начнется новый цикл, и я тебя выслушаю. Коэну, чтобы провел прямо ко мне, скажешь пароль – ноль-семь, семнадцать.
Получилось! Меня выслушали, поняли и предложили союз. Но теперь пора все же прятаться!
Наверное, всего одна секунда отделяла меня от провала – как только я нырнул в гущу длинных темно-зеленых лоз, из-за фруктовых деревьев, отмахнувшись от свисавшей слишком низко ветки вышла Лана Колонель. Я сразу ее узнал – во-первых, на ней был все тот же оранжево-серый комбинезон, а во-вторых, ее лицо ничуть не отличалось от тех фотографий, что иллюстрировали обличительные статьи. А еще в ней по-прежнему виделась та самая маленькая девочка с фотографии, что встретила меня перед входом в поместье. Только красивое лицо на сей раз пересекал уродливый шрам.
– Здравствуй, Лана, – просто сказал Колонель. – Присаживайся, ты ведь знаешь – мой дом всегда открыт для тебя.
– И ты здравствуй, папа, – девушка тряхнула головой и подала какой-то знак вышедшим за ней следом повстанцам в закрытых шлемах и с бластерами наперевес. Те моментально опустили свое оружие и синхронно сделали шаг назад.