— Все в порядке, — коротко отвечаю я, не вдаваясь в подробности. Наверняка уже знает все, до мельчайших деталей, в красках и лицах.

Дверь открывается и в кабинет быстро входит Сан Саныч. Сорокин бросает на нас с Петром ехидный взгляд, губы его чуть подрагивают — явно сдерживает усмешку. На лице написано все, что он думает о нашем ночном «приключении». Но вслух не произнес ни слова, и на том спасибо.

Рохлин появился в кабинете последним. Выправка, шаг, осанка — все, как по уставу.

— Приветствую, — коротко поздоровался он. Подошел к столу, взял стул и, поставив его рядом с Алферовым, сел так, чтобы видеть белый экран, растянутый на противоположной стене.

— Сан Саныч, шторы, — говорит он все так же почти тихо, не повышая голоса.

Сорокин молча выполняет просьбу. Кабинет погружается в полумрак.

Рохлин поворачивается к Петру:

— Петр Константинович, начинайте.

Ботаник встал, щелкнул выключателем диапроектора. Луч света разрезал темноту, на экране появился первый слайд.

Петр начинает доклад.

— Я сейчас не скажу ничего нового. Пока. Пока вводная информация. Вы все… — ботаник бросил взгляд на меня и поправился: — Почти все знаете эту историю. Итак… В тысяча девятьсот шестьдесят третьем году по итогам Карибского кризиса было принято решение установить в Атлантическом океане «машину возмездия». Это термоядерная бомба, мощностью в двести пятьдесят мегатонн, в герметичном контейнере.

На экране изображение металлической сферы, для масштаба рядом люди в белых халатах, которые кажутся лилипутами по сравнению со смертоносной махиной. Я что-то слышал о «Машине возмездия» в своей прошлой жизни. Но информация была на уровне слухов, сплетен и городского фольклора. Были еще какие-то статьи в желтой прессе, которые, скорее всего, и стали причиной слухов. Не думал, что история реальна. Серьезное оружие, но как любое оружие — это просто ресурс. Набор железа, без человека и его команды — это ничто. А человек, наделенный волей и возможностью пробудить страшную силу сидит сейчас со мной за одним столом, в этом кабинете. Почему-то вдруг подумал, что убийство Рохлина в моей прошлой жизни совершила явно не его жена.

— В час Х, — продолжал тем временем Петр, — «машина возмездия» при взрыве должна создать гигантскую, почти километровую волну искусственного цунами и смыть восточное побережье Штатов на глубину от ста пятидесяти до трехсот километров. Кроме того, взрыв «машины возмездия» на Срединно-Атлантическом хребте мог привести к непредсказуемым последствиям — ускорению дрейфа материков, активизации вулканов, мощным землетрясениям и так далее. Особо отмечу, что полностью последствия взрыва не просчитаны.