— Пятеро всего вчера выезжали, — заметил завсклада. — Вот врать — не мешки таскать, — хмыкнул дядя Степа, потягивая чаек. — Как эти журналисты любят преувеличить, особенно в последнее время. Вот раньше помню, одну правду и только правду говорили — и по радио, и по телевизору, и в газетах только правду писали. А сейчас врут, как дышат.

По радио продолжали: «Депутат краевого совета от фракции „Объединенные демократы за демократию“ Сергей Юрченко заявил, что он написал обращение в прокуратуру с требованием расследовать информацию о незаконных перемещениях неустановленных вооруженных групп».

— Объединенные демократы на страже демократии, — Кузьмич скривился. — Во масло масляное! Порой радио невозможно послушать — тавтология на тавтологии. Куда страна катится?..

Вопрос был риторическим, но я ответил на него:

— В пропасть, Степан Кузьмич…

Поблагодарил завсклада за чай подхватил свой рюкзак и рюкзак ботаника, решив заняться погрузкой.

Завгара увидел не сразу. Тот стоял у покореженной взрывом «Волги» Сорокина со скорбным выражением лица.

— Какую машину брать? — спросил я.

Василий Иванович молча кивнул в сторону «Ниссана». Первый внедорожник в Союзе стоял на высоких колесах, возвышаясь над остальными автомобилями. Я загрузил рюкзаки, потом вернулся забрать поклажу, которую проводник приготовил для американца и едва поднял рюкзак от пола. Ничего себе! Но путь тащит, не развалится. Клочков присоединился ко мне, донес вещмешок до автомобиля и аккуратно поставил в багажник с самого края.

— Ну что, пошли ученого будить? — предложил Олегу, когда вышли из гаража.

Тот ничего не сказал, только кивнул в сторону лабораторного корпуса. Я посмотрел туда. К нам бежал Петр.

— Помогите погрузить оборудование! Я один не справляюсь! — Закричал он.

Вот этого я не учел. Что ж, придется провести ревизию в том, что ботаник собрался взять в дорогу.

Мы поднялись на второй этаж и Петр провел нас в почти готовую к работе лабораторию. Три коробки с оборудованием просто умилили.

— Петечка, а ты понимаешь, что все это придется тащить на себе? — ласково, как ребенка, спросил его.

— Ну нас же четверо будет, разделим на всех, — оптимистично заявил Петр.

Я смотрел в его незамутненные сомнением глаза и не понимал: он что, прикалывается? Как бы ему помягче сказать, что из аппаратуры он может взять только собственную голову?

Но Клочков не стал церемониться с ученым.

— Микроскоп — убрать, — начал он разбор коробок. — Это что? — достал следующий прибор.

— Потенциометр, — буркнул Петр.

— Убрать.

— Ни в коем случае. Если мы найдем пульт… — я пихнул Петра и тот осекся. — Найдем то, что ищем, нужно будет подключить питание и…