Прибыло три генерала. Некто генерал от инфантерии Данилов Николай Александрович, генерал-лейтенант Балтийский Александр Алексеевич и генерал-майор Елизаров Николай Степанович.
— Товарищи генералы…
Гости чуть скривились, на что Климов заметил:
— Увы, возвращение к прошлому в принципе невозможно, так что в любом случае придется привыкать к обращению «товарищ».
— Что вы хотели сказать нам… товарищ… полковник? — спросил Данилов. — Точнее какие доводы вы хотите привести в пользу того, чтобы мы перешли на вашу сторону.
— Да, товарищи генералы, все так, я очень рассчитываю, что вы действительно перейдете на сторону РОДа. Что до доводов, то помимо уже прозвучавших… кино с Троцким все смотрели?
Генералы кивнули с кривыми усмешками. Кого-то они терпели, кого-то не любили, но вот Троцкого они все ненавидели, чистой незамутненной ненавистью.
— Вот оригиналы документов с компрометирующими материалами на верхушку большевистской партии, — кивнул Михаил на лежащие на столе толстые папки. — Из самой Франции. Но и их при желании можно объявить подделками…
Тем более что подделки там действительно имелись. Климов смог выцепить из числа уголовников несколько человек промышлявших подобным бизнесом подделывая всяческие документы.
— Но все это по большому счету мусор.
Генералы с интересом посмотрели на полковника.
— А что же тогда имеет ценность? — поинтересовался Елизаров.
— Ваше будущее.
— Угрожаешь? — сузив глаза и чуть подавшись вперед в свою очередь с грозой в голосе спросил Балтийский.
— Ничуть, товарищ генерал-лейтенант.
— Тогда, о чем вы?
— Товарищи? Может кто-то уже понял, о чем я?
— Может и понял, но лучше все-таки если скажете вы сами, — сказал Данилов.
— Как пожелаете, товарищ…
— Давайте все-таки без чинов⁈ — скривившись как от зубной боли буквально взмолился генерал от инфантерии.
— Хорошо, Николай Александрович, без чинов, так без чинов… Говоря о вашем будущем, я имел именно будущее в средне- и долгосрочной перспективе. Выбрав сторону большевиков, вы правильно просчитали ситуацию и встали на сторону победителей… по крайней мере так было, пока в уравнение не попал неизвестный фактор в моем лице, — усмехнулся Михаил. — Но теперь я призываю вас посмотреть, что случится с вами в случае победы большевиков даже без учета всего вот этого.
— Думаете растеряют? — криво усмехнулся Елизаров.
— Кого-то — обязательно расстреляют или даже растерзают, Николай Степанович. — кивнул Климов. — Вспомните кто пришел к власти и как они вас люто ненавидят. Они даже своих расстреливать будут, ибо революция, как показала история всегда пожирает тех, кто ее творил, а уж бывших царских генералов, что по определению под подозрением и ненадежны — обязательно. Особенно тех, кто даст для этого хоть малейших повод. А поводом может служить что угодно. Что-то не так сказали, не тому и все, донос в ЧК, допрос с пристрастием, самооговор чтобы только прекратить пытки, потом оговор товарищей и стенка с расстрельной командой напротив. Но всех, конечно, не расстреляют, да и стрелять будут все-таки больше для острастки остальных… Но я не только и не столько об этом, сколько о вашей карьере. Смотрели спектакль «Отелло»?