— Все так… да не так. Сейчас большевики действительно усиливаются, по нашим данным, они довели силы своей Красной рабоче-крестьянской армии до четверти миллиона человек, проведя тотальную мобилизацию населения. Это много. Да, качество весьма посредственно, но количество все-таки играет свою роль, причем даже не только с боевой точки зрения, но и политической.
Этот заход в политику Климову не понравился, но он понятливо кивнул, поняв куда клонит штабист. И правда, если разбить эту армию из москвичей, то жертвы будут исчисляться десятками тысяч только убитыми. Это чьи-то сыновья, братья, мужья, отцы. Да просто рабочие наконец, коих и так мало. И конечно же разрушения. А учитывая, что город все еще по большей части деревянный, то это будет второй 1812 год для столицы. В общем феерический пожар. Как после такого будут смотреть на Климова? Уж точно не с добром.
Ну и свои потери при штурме тоже окажутся весьма и весьма высоки, что тоже сильно ударит по авторитету Предводителя.
— Противник в панике выгреб все ресурсы Михаил Антонович, — взял слово генерал-лейтенант Балтийский. — Вот только что от этих сил останется к весне? Это с учетом проблем со снабжением…
— Растают как снег на солнышке этой самой весной! — хохотнул в своей балагуристой манере генерал-майор Елизаров.
— Верно. Особенно если вести постоянную пропаганду. Уверен, большевики со своим «красным террором» быстро доведут до белого каления жителей Москвы.
— Рассчитываете на повальное дезертирство? — спросил Михаил.
— Не то, чтобы повальное, но да. А также на то, что от стойкости с коей сейчас будут драться рабочие не останется и следа.
Климов задумался. С отказом от штурма Москвы он терял темп, брал паузу. Оправдана ли она в условиях, когда неизвестно, что выкинет в следующий момент тот же Деникин или Дутов с Колчаком? Понятно, что они в свою очередь усиливаются за счет помощи со стороны Антанты. Но и тупо расшибая лоб, ломиться головой в стену, которая через несколько месяцев разрушившись изнутри сама рухнет от легкого толчка просто глупо.
Опять же неизвестно как поведет часть его собственных солдат, что были мобилизованы в Москве и Подмосковье, ведь придется воевать против своих друзей с коими работали на соседних станках, да пили в кабаках…
Разве что давила программная установка в голове, но так, не сильно, ведь Михаил не отказывался от похода на Москву, просто откладывал по тактическим соображениям.
— Хорошо… Я принимаю ваши доводы.
Глава 10
23
Сталин с прочими товарищами из ЦК ВКПБ в начале ноября заслушивал доклады о ситуации как внутри Поволжской Советской Республики, так и за ее пределами.