На практике же… ну, солярий я никогда не любил.

— А-а-а-а-а-а! — свет обжигал меня, причиняя серьёзную боль сразу всему кожному покрову.

— Кал! — рядом воспарила Кара, но лица ее разглядеть уже не смог, так как держал глаза закрытыми, что не мешало Солнцу сжигать их прямо сквозь веки.

— Нет! — начал я биться в конвульсиях, дополнительно причиняя себе страдания от контактов с держащими меня оковами. — Не смей!

— Ты страдаешь!

— Да! Не прерывай меня!

На осознанные мысли меня уже не хватало. Я чувствовал себя так, словно оказался в микроволновке. Все мое тело будто было объято пламенем. Но я должен был держаться. Должен.

— Сука! — трясся я и рвался наружу, но металл держал меня крепко.

Каждая часть моего тела горела. Боль заполняла весь разум, а тело выгибалось дугой, но я терпел. Что стоит какая-то боль возможности летать? Даже пусть я в угольки превращусь, потом все равно отрегенерирую надо лишь дождаться. Да, дождаться момента. Момента, когда…

— А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А-А!!!!!!!!!!!!! — кричал во все горло кто-то.

Наверное, это был я. Не знаю. Я вообще ничего больше не понимал. Похоже мозг принудительно отрезал все мои рецепторы от себя, чтобы выдержать нагрузки. А может просто и не осталось больше ничего. А может я опять умер? Хех, переродиться Суперменом и умереть от собственной нетерпеливости. Такой идиот, боже! После такого тупого поступка мне надо всю жизнь муравьем пробыть в качестве наказания. Умереть от солнца! Бля, ну дебил, конечно! Хоть иди и анекдоты пиши после такого.

— А ты интересный.

Что? Кто здесь? Со мной кто-то говорил? Или это галлюцинации? А труп вообще может испытывать галлюцинации?

— Очень интересный.

Речь шла одновременно отовсюду и в тот же момент ниоткуда. Неужели это Бог?

— Но, увы, тебе пока рано видится со мной. А жаль.

Да что происходит-то? Ау, ответьте. Пожалуйста! Кто это?

Вместо ответа я получил лишь тишину. Такую умиротворяющую и расслабляющую. Хоть бери и засыпай под нее. И никогда больше просыпайся. Но в ответ на подобные мысли внутри меня неожиданно начал нарастать огонь. Он растекался по всему телу, которое я точно также резко стал ощущать. Не было больше боли от сгорающих кожных покровов. Всю боль поглотил пожар внутри. Он стал лавовыми реками растекаться по венам, уничтожая все на своем пути.

И если раньше я еще был готов терпеть муки импровизированного солярия, то агония, которая заполняла каждую клеточку меня вместе с этим пожаром, была уже слишком. Выпустите меня отсюда! Выключите! Выключите свет! Прошу! Смилуйтесь надо мной! Почему никто не реагирует?! Почему все молчат?!