Как-то само собой получилось, что Кикоть стал старшим, хотя он на это вовсе не претендовал. Вероятно, сыграл роль тот факт, что майор принадлежал к комитету государственной безопасности, а это вроде как давало какие-то привилегии. Хотя по факту, какие к черту привилегии, тут бы выжить, для начала…

— Мужики, короче… — мрачно начал Виктор Викторович, осматривая выживших. — Обнадеживать зря не буду, мы в полной заднице! Самолет лежит среди холмов, справа и слева — горы. Точное местоположение неизвестно. Найти нас будет непросто, а учитывая, что вертушки сейчас не летают, нам придется туго. Духи скоро будут здесь. Задача у нас очень простая, продержаться столько, сколько потребуется.

— Согласен! — отозвался капитан Петровский. — Не думаю, что сюда явится сотня душманов, они такими толпами не ходят! Будет небольшой отряд, человек в десять-пятнадцать.

— Сражаться с ними в лоб — глупо. К тому же в этих горах их как тараканов, к одной группе может подойти вторая, а то и несколько сразу. Нужно действовать хитрее.

— Это как же? — спросил Елисеев.

— Так, ну смотрите…

Потеряв часть шасси, АН-24 лежал на брюхе, накренившись вправо, на сломанное крыло. Двигатель был поврежден. Рампы здесь не было, что было как нельзя кстати — меньше возможностей проникнуть внутрь. Конечно, фюзеляж легко пробивала автоматная очередь, поэтому надеяться на защиту было глупо.

— Обороняться здесь не так уж и сложно, но к делу нужно подойти с умом — не палить налево и направо, а подпустить противника поближе и попробовать воспользоваться фактором неожиданности. Ударить по нему изнутри, когда он войдет внутрь — это куда эффективнее. Поразив нескольких, мы можем забрать их оружие себе, а это укрепит нашу позицию. К тому же, есть шанс сразу перебить целую группу душманов.

— Эти дикари с автоматами настолько глупые, что все вместе полезут в самолет? — хмыкнул Рылеев.

— Они не дикари! — возразил Серов. — Я с ними под Кандагаром дважды в бою был. Среди них яростные и толковые бойцы попадаются.

— Мы сделаем так, что полезут! — ответил Кикоть. — Мы подожжем самолет!

— Чего? — удивился Петровский. — Это как?

— А так… создадим видимость, что внутри никого нет. Дым в салоне — прямое тому доказательство. А дальше дело техники. И везения. Нужно быть умнее своего врага.

Дверь решили не баррикадировать, а оставить открытой — мол, чтобы сбить противника с толку и создать видимость того, что выжившие ушли, бросив дымящийся самолет. Для этого у входа положили пропитанные керосином тряпки — их нужно было поджечь, когда придет время. Также внутри салона, из имеющегося барахла сделали своего рода небольшую, более-менее защищенную огневую точку. Если самолет начнут обстреливать, выжившие могут либо лечь на пол, либо спрятаться за баррикадой.