Глава 4. Бастард рода предателей
— Мы подождём тебя снаружи. Можешь идти сам? — Спросила Эби.
— Да, пожалуй.
— Хорошо, мне пойти с тобой или не стоит? — Селена переминалась с ноги на ногу.
Троица остановилась у палаты, глава отделения уже получил оплату, сейчас Кару приводили в себя, чтобы рассказать о том, что скоро она будет прооперирована. Орган за органом ей заменят всё, что успел поразить рак.
— Нет, я сам.
Фауст не знал, почему не захотел чтобы Селена пошла с ним. Может он почувствовал, что ему будет легче всё рассказать?
В больнице он снял маску, ему наложили несколько пластырей, закрыли рассечения на брови и скуле, даже попытались всучить леденец.
После того, как многочисленные ссадины были обработаны, причин медлить не осталось.
— Я готов. — Произнёс Фауст, выдыхая воздух.
Протезы пришли в движение, через десяток секунд Фауст оказался сидящим в кресле. Сразу стало неуютно, парень чувствовал себя незащищённым.
— Вау! Так вот как это происходит. — Выпалила Эби, поднеся ладонь ко рту.
— Ага, именно так. — Знающе кивнула Селена, видимо гордая тем, что видела больше.
Фауст не обращал внимания на разговор девушек, он вкатился в палату, остановившись перед кроватью Кары. Дверь позади хлопнула, отрезая калеку от сестры и подруги, он вздрогнул.
Вот и всё.
Что же он чувствует сейчас? Может быть гордость? А может удовлетворение? Нет, он ничего не чувствует.
Все события произошедшие за последние несколько недель казались далёкими и нереальными. Первое убийство, несколько разборок с бандитами и венцом всему выигранный турнир.
Реальность была всё дальше и дальше. Где он, слабый калека и выигранный турнир? Эти события явно не могут существовать в одной реальности.
Кара зашевелилась, приходя в себя после наркоза.
Это отвлекло Фауста, он подъехал ближе и взял её за руку. Она повернула голову.
— Алан? — Её голос была слабым, она не до конца пришла в себя.
— Нет, мам, это я… Фауст.
— Фауст, мой мальчик. — Она неожиданно заплакала, так горько, что у парня запершило в горле, а глаза стали наливаться слезами, он не хотел чтобы она плакала. — Я так виновата перед тобой, так виновата. Прости меня, если сможешь…
— О чём ты говоришь, всё в порядке…
— Нет. Я умираю. Я долго скрывала от всех вас свою болезнь, но мне не увидеть, как мои дети становятся старше.
— Но!
— Позволь мне сказать. — Кара приподнялась, с трудом нащупывая на кровати кнопку приводящую её в вертикальное положение. — Не знаю как начать, но точно знаю, что если кто-то и заслуживает правды, это ты.
Кара помолчала, наверное, была слаба после того как пришла в себя. Всё-таки женщина много дней провела в искусственной коме. Она считала, что умирает, поэтому решилась на правду.