Я успокоила лошадь, и мы наконец-то поехали.

Раннее утро, а на улице уже полно людей. Деревня оказалась довольно большая, но отнюдь не зажиточная, везде были простые избы, выглядывающие из-за высоких заборов, местами покосившихся. Мы проехали закуток в лесном массиве и выехали к центру деревни.

Все встреченные жители кланялись, кто-то в последний момент, видно, не сразу сообразив кто едет.

Проехали деревню, дальше потянулся яблочный сад, кое-где остались плоды. Урожай и здесь собран, значит всё-таки октябрь и скоро зима.

Я, глядя на всю эту ситуацию, неожиданно осознала, что всё очень удачно получилось, словно кто-то намеренно создал такую ситуацию. Теперь у меня есть кров, и мне не нужно восстанавливать дом в заброшенной деревне и искать пропитание. Да, я буду во враждебной обстановке, но сомневаюсь, что Прохор — дурак и станет рисковать жизнью. Скорей всего накляузничает выше, и ко мне пожалуют местные силовые структуры. Боюсь ли я их? Нет. А пока… радуемся.

Показался двухэтажный дом. Не маленький, но и не шикарный, как и всё здесь, обнесён высоким забором.

Когда мы подъехали, ворота сразу стали открываться. Когда остановились, Прохор сразу слез и поторопился подать мне руку, видно, чтобы меня умаслить. Я не стала отказываться, царственно ступила на землю.

Чтобы не пугать обитателей барского дома, ещё на подъезде сменила агрессивный чёрный наряд, на строгое тёмно-серое платье.

— Прошу, госпожа. Нас не представили, можно узнать ваше имя.

— Анна, — озвучила выбранное имя.

— А как по батюшке?

— Для вас я просто Анна, госпожа Анна, — доброжелательно улыбнулась. — И пусть вас не смущает мой возраст, я старше, чем вы думаете, много старше, — это была правда, но сейчас звучало немного зловеще.

Реакция не заставила ждать, лицо Прохора Семёновича стало землистого оттенка, а руки затряслись. Он торопливо склонился и пригласил меня жестом в дом.

Из дома высыпали слуги, смотрели затравленно. Может, меня испугались, но скорей всего боятся хозяина.

— Велите подать чай, — приказала я и по-хозяйски осмотрела вестибюль.

— Как прикажете, — процедил временно отстранённый хозяин и куда-то ушёл.

Ну хоть ума хватает не кидаться на меня с кулаками и оскорблениями, жить хочет, — подумала я и пошла искать гостиную.

Нужную комнату нашла быстро, верней передо мной её открыла служанка. Обстановка внутри была скромная, рядом соседствовали и старый сундук, укрытый покрывалом, и вполне себе современный диван. На нём нынешние времена и заканчивались. Здесь, как и в той избе, не было света, верней электричества. Если отсутствие его у бедняков оправдано, то у барина очень странно. Неужели с артефактами проблема?