У нее пропал горб на спине, расправились плечи. Исчезла уродливая маска, которая раньше красовалась на месте вполне даже симпатичного, как оказалось, личика. В считанные дни очистилась кожа, из-под шелушащейся корки проступили аккуратные губки, милые ямочки на щеках, два выразительных серо-зеленых глаза. Правда, один из них до сих пор косил, да и хромота никуда не делась, но девка явно пошла на поправку. А сегодня, как выясняется, у нее еще и голос прорезался… Что-то непонятное творилось с ее проклятием. Вернее, с каждым днем, несмотря ни на что, девчонка все быстрее от него избавлялась. Но я совершенно не понимал, почему это происходит. Правда, я сейчас вообще очень многого не понимал, и это откровенно удручало. К примеру, я и теперь с трудом верю, что мастер Твишоп рискнул повторить наш старый эксперимент. Я знаю, сколько требуется на это усилий — сам рассчитывал и многократно проверял те трехэтажные формулы. И могу представить, сколько неприятных ощущений ритуал должен был принести Ничу. Однако сварливый, вечно всем недовольный старик все равно решил обменять свою жизнь на мое возрождение. Спрашивается: зачем? Поднявшись с постели, я шагнул к столу и взял в руки старую книжку, на испорченном корешке которой еще виднелось знакомое до боли название. Эх, Нич… Разумеется, я ни в чем тебя не виню. Глупо было бы ждать, что ты сумеешь провести ритуал по всем правилам. Но очень грустно… и до отвращения обидно потерять старого друга таким нелепым образом. — Господин? — беззвучным шепотом напомнила о себе служанка. Бросив книгу на постель, я вытянул над тазом руки, позволив Лишии полить на них водой из кувшина. Терпеливо снес процедуру одевания, в которой пятьдесят лет совершенно не нуждался. В очередной раз за последний месяц напомнил себе, что это — уже навсегда. Скривился, когда девчонка сделала неуклюжий реверанс, но нашел в себе силы благожелательно кивнуть. И лишь когда она вышла, рывком сдернул покрывало с приютившегося в углу громадного зеркала. Да, забыл сказать: с некоторых пор все мое имущество переместилось в замок барона Невзуна, включая обширную библиотеку, личные вещи, мебель, запасы зелий, чучела… Собственно, переезд пока что являлся самым большим плюсом в моем нынешнем положении. Если не считать, конечно, честно заработанных денег, которые были переданы его сиятельством в счет проделанной мэтром Гирашем работы. Правда, поначалу граф не собирался расставаться с десятью тысячами золотых. Но у меня было достаточно времени, чтобы сформулировать достойные