— Ну всё, дальше тебя без пропуска не пустят, — пропустив подруг вперёд, тормознула меня Дарья, когда мы оказались возле невысокой кирпичной стены с изображением различных животных. — Забыла сказать, со всеми этими твоими утренними чудачествами. Мне вчера вечером представитель Некрасовых написал. Хотят, чтобы ты мелкий заказ взял. Так что не пропадай никуда! Понял меня⁈

Последние слова Мышь произнесла угрожающим шёпотом, при этом вцепившись в руку.

— Опять шить… — вздохнул я, разглядывая поток школьников, втекающий в небольшие ворота.

— Научишься чему-нибудь другому, займёшься чем-нибудь другим. А пока изволь трудиться, — ответила Дарья. — Кстати, долг, что ты брал, я тоже вернула. Ну и конторку ты выбрал, скажу тебе…

— Так другие не давали, — пожал я плечами, с трудом припоминая странную организацию, куда ходил Максим, чтобы взять деньги на закупку материалов и оборудования.

— Но ты всё равно молодец. Я тобой горжусь, — приподнявшись на цыпочки, сестра чмокнула меня в щёку, после чего направилась в сторону дожидающихся её подруг.

Которые тут же подхватили Дарью под руки и поволокли в сторону входа, не забывая при этом то и дело поглядывать в мою сторону.

Я тоже смотрел в их сторону, правда, не на самих девушек, а на здание школы имени князя Трубецкого. Заведение, располагающееся в столь престижном районе, было тоже не из простых, и учиться в нём могли позволить себе лишь благородные. Богатые благородные.

Максим и сам в неё когда-то ходил. Однако после гибели отца с матерью парню обитель знаний пришлось бросить, так как оплачивать учёбу сразу двух отпрысков рода Серовых, им было уже не по карману.

Это изрядно подкосило и без того далеко не лучшую репутацию рода, но другого выхода не было. Академия Максиму в любом случае не грозила, стоимость обучения так куда выше. А вот у Дарьи были все шансы с успехом закончить школу, после чего-либо поступить на бюджетное направление, либо влиться в другой род в качестве жены.

Второй вариант брат с сестрой лишний раз даже между собой старались не обсуждать, но чем ближе становился выпускной Серовой, тем чаще задумывались об этом.

— Это же надо было постараться так род опустить на самое дно, — повернувшись спиной к школе, едва слышно произнёс я, после чего ослабил узел галстука. — Но, с другой стороны, так даже интереснее. Максимилиан Проклятый возрождает величие практически исчезнувшего рода. Звучит же? Анютке бы точно понравилась эта шутка…

Я посмотрел в голубое небо, после чего хмыкнул и направился в сторону парка. Если верить воспоминаниям Максимки, там всегда имелись свободные лавочки, рядом с которыми располагался ларёк с мороженным.