Собственно, из-за этого Мышь и напугалась. Придя с утренней зарядки, блондинка поняла, что я до сих пор не спустился завтракать, и сама пошла ко мне наверх в комнату. По итогу я проснулся не от завтрака в постель, а от ощущения, как мне в бок тычут черенком от швабры.

Наверное, Серая сразу поняла, что совершила глупость и пробудила спящее зло, однако ретироваться не успела. И теперь несла заслуженное наказание в виде дополнительных подходов.

— Может, ты мне всё-таки объяснишь, что ты там такое делал эти два дня в мастерской? — с трудом перевернувшись на спину, прохрипела Мышь. — И куда отослал Лину?

— Никуда я её не отсылал, — сжалившись, я взял бутылку с водой и, отвинтив крышку, поставил рядом с головой Дарьи. — Она же женщина, если ты вдруг не в курсе. А вы существа такие… Неспособные одеваться достаточно быстро…

— Чего? — лежащая на полу Мышь попыталась нахмуриться, но, похоже, даже лицевые мышцы отказывались служить хозяйке. — Макс!

— Максим Витальевич?

Голос появившейся в спортзале Зориной заставил малолетнюю блондинку встрепенуться и с диким писком принять вертикальное положение. Хотя бы сидя.

— Это что? — с заметным удивлением поинтересовалась Дарья, разглядывая Василину.

— Твоя телохранительница в новой униформе. К кухне я её точно больше не подпущу, — пояснил я, тоже разглядывая девушку.

Все эти два дня я корпел над костюмом для той, кому предстояло защищать Дарью в случае, когда меня не было поблизости. Слишком изгаляться я не стал, собрав комплект из брюк, рубашки и приталенного пиджака. Всё это было белого цвета и единственным ярким пятном являлся длинный тонкий красный галстук.

— Сидит нормально? Нигде не жмёт? — подойдя к стоящей словно манекен Зориной, обошёл её по кругу, придирчиво осматривая каждый изгиб. Одежды, а не то, что Мышь наверняка успела себе надумать…

— Да, вроде, — неуверенно произнесла разжалованная домработница. — Только как-то необычно себя ощущаю…

— Это нормально, учитывая, что в твою одёжку напихано, — я остановился перед Василиной и посмотрел на расширенные зрачки девушки. Очки ей, что ли, прикупить, а то остановят где-нибудь особо дотошные стражи порядка. — Снимай пиджак и на татами, проведём небольшие тесты.

Девушка, слегка пошатываясь, послушно бросила пиджак на лавку, и я с удовлетворением отметил, как потоки тёмной энергии, циркулирующие по нитям, пронизывающим все элементы одежды, перестроились, вновь образуя замкнутый контур. Плетение вышло весьма сложным, зато теперь при повреждении какой-либо части гардероба Зориной не грозило ослепнуть или оглохнуть из-за того, что компенсирующее проклятие исчезло.