За время полдника мимо меня наверняка все племя прошло. Каждый поглазеть хотел на чудо дивное. И стар, и млад. Мамаши отпрыскам что-то тихо выговаривали. Скорее всего: «смотри, бестолочь, как боги кушают, поэтому такие сильные».

Все. Теперь можно купаться, от соли ополаскиваться и обратно домой проситься. До берега еще доехать надо. Или доплыть? Не, вроде как у правильных пацанов только дерьмо плавает. А мы — ходим. И ездим. И вообще, сейчас лопну. Последний кусок точно был лишним.

Обратно меня доставили ближе к вечеру. Тот же кит, те же сопровождающие. Только еще корзину вручили. И когда сплести успели? Рукастые ребята, эти жабы. Не отнимешь. В корзинке два кокоса, завернутые в лопухи рыбины и в кулечке ягоды. Не переспелые, чтобы не лопнули в дороге. Ладно, суну в «кармашек», потом или продам где, или сама съем.

В лагуне стали прощаться. Вождь пару раз бухнул себя по груди, проорал что-то торжественное и оскалился довольно. Я на секунду задумалась, затем сунула руку в магическую кладовую. Когда жадному Якову Седьмому подарки отбирала, вроде как топорик присмотрела. Хороший такой — два лезвия полукругом, сверху острая пика, высотой вся конструкция почти с меня будет. Мастер божился, что любые доспехи прошибет. Думаю, если Ыга как следует размахнется — точно. Любой доспех. На любом идиоте, кто вздумает с ним рубиться.

— Держи. На память.

В масть попала. Морда зубастая еще пять минут благодарила, трясла обновкой и обещала богам вставить всем и каждому, потом провернуть несколько раз. Под конец я решила чуть-чуть воинственный пыл поубавить.

— Смотри сюда. Вот я палочкой рисую… Ты. Твои парни. Рыба. Много рыбы. А это — корабль. Ты им — рыбу. Они тебе… Ножи, корзины, чего-то полезное… Извини, художник из меня не очень… И вот Город. Ты тоже туда на ките с рыбой. И тут меняешься.

Сообразил. Погугал довольно. Затем довольно узнаваемо когтем набросал пушку, потом в левую ладонь зачерпнул нарисованную рыбу, в правую — горомыхалку. Типа — во, поменяю. Пожала в ответ плечами. Без понятия. Может и в самом деле как-то договорятся. Главное, чтобы глотки друг другу не драли.

Вроде все. И лишь когда вся кодла уже была готова пошлепать обратно к киту, вспомнила:

— Ыга! Подожди! Сюда, сюда смотри… Вот, крест. Видишь? Не знаешь, где человек, для которого его нарисовали? Ну, девушка такая. Смотри, идет, бедрами туда-сюда, в накидке… Понял?

Все же мне везет. Дико везет. Потому что Пожиратель совсем как человек почесал затылок, затем набросал подобие рисунка, хрюкнул и двинул за остальными в воду. Я же смотрела на квадратик дома, холмик и кресты поверх. Мертвый город и кладбище. Биом, о котором стараются даже не вспоминать. Проклятое место.