Она вздохнула.

— Ты мой должник.

— Сто процентов.

Девичья рука легла мне на затылок. Приятная волна прокатилась по телу, забирая боль и изгоняя слабость.

— Спасибо. Я умею помнить добро, Элен. Я обязательно тебе отплачу. Вот увидишь.

Она убрала руку.

— Стой, — сказал я. — Постой так, пожалуйста, ещё хотя бы пару мгновений.

Я не видел, но мне показалось, дыхание её сбилось. В чём дело?

Я вдыхал аромат её духов. В носу всё ещё стоял парфюм Кармы и запах крови. Хотелось его перебить.

— Спасибо, — сказал я.

— Что это было? — спросила она.

— Неважно. Спасибо.

Я поднялся, подошёл к двери и постучал.

Тренер открыл и хмыкнул. Я пропустил вперёд Элен и вышел следом.

Раздался свисток.

— Так, новички в третью раздевалку.

Мы прошли, парни отдельно, девчонки отдельно. Были тут и незнакомые ребята из параллельных классов. Внутри нас ждали.

На вешалках висела форма в золотисто-чёрных цветах школы. В уже открытых коробках стояли бутсы. Отдельно лежали носки.

Я подошёл к ящикам с защитной экипировкой. В таком доспехе и в Пути побегать можно. А будь у меня такой сегодня на крыше…

Блин! Надо сосредоточиться на игре.

Мне подобрали по размеру шлем, каркас — похожий на доспех с наплечниками, налокотники, наколенники и защиту бёдер. Помощник тренера показывал, как что надевается и крепится.

Переодевшись, мы вышли на поле. Было очень непривычно. Интересно, сколько это всё весит.

Я подошёл к Аманде Бронкс. Она теперь казалась ещё более спортивной. А Бета и вовсе выглядела немного монструозно. Я представил в этой экипировке Натаху и чуть не засмеялся.

— Сколько это весит? — я тихонько постучал Аманде костяшками по шлему.

Все сгрудились вокруг нас.

— Это облегчённый школьный вариант. Шлем где-то полтора кило, каркас, — она стукнула в грудную пластину, — у девчонок тяжелее, у вас тоже примерно полтора килограмма. Плюс всё остальное где-то на кило. Бутсы сейчас у нас облегчённые по двести пятьдесят грамм. Потом вес экипировки может увеличиться в зависимости от позиции. Вплоть до того, что обувь станет почти в два раза тяжелее.

— Но пока мы пластилин нам выдали универсальное всё.

— Да.

Снова свисток.

Пока ждали людей, Фадей Васильевич описал круг пальцем, намекая на разминочный. И мы побежали.

Затем опять засвистели. Мы построились.

На трибунах начали занимать места. Я нервно на них покосился. Почему-то подумалось, что Карма сейчас уже восстановилась, кто её знает, и может наблюдать с трибун.

— Члены спонсорского совета, — прошептал кто-то.

Вот, блин.

Так. Анд, сосредоточься на игре, чтоб тебя!

Потом вышли тренера, и Фадей Васильевич их представил. Дэвид Бул мне понравился, конкретный такой дядька. Дедок, даже уже, в кепке тридцатилетней давности. А вот Рика Тумороу я пока не раскусил. Задумчивый какой-то, сам себе на уме немного.