Через час мы уже загружаемся в наш лайнер и вскоре взлетаем. Аллилуйя…! Но в самолете я понимаю, что народ так и не отпустило, обстановка нервная, и это еще слабо сказано! А нам лететь о-го-го сколько — только до Нью-Йорка десять часов. А дальше у нас там пересадка на рейс Аме́рикан Э́йрлайнс, поскольку Аэрофлот не летает в Сиэтл, и еще шесть долгих часов лета. И это не считая времени, потраченного на саму пересадку. На круг может и все двадцать получиться. Коллектив у меня чуть с ума на сошел, когда я им цифры озвучил! Они-то до этого считали, что мы в Японию очень долго летели. А по Австралии или по Бразилии в турне не хотите?

Кто-то из моих музыкантов сразу просит стюардесс «налить», кто-то из пассажиров начинает громко выяснять, почему в гражданских самолетах нет парашютов. Этот вопрос занимает всех и вызывает ожесточенный спор, мне даже приходится вмешаться:

— Товарищи, все основные аварии происходят при взлете или посадке. Вы просто не успеете им воспользоваться!

— Тогда пусть сделают систему катапультирования! — визгливо восклицает взвинченная Светка — Как в военных самолетах!

— А ты представляешь, сколько стоит сделать такую систему для пассажиров? — парирую я — Билеты будут стоить заоблачно. Никто не захочет летать за такие сумасшедшие деньги. А еще представь, что тебя выбрасывает над океаном, в пустыне или над тайгой в тридцатиградусный мороз. Да, ты пока до земли долетишь, уже в ледышку превратишься!

— Ну, и что! Все равно это шанс выжить.

Спор разгорается по новой, я понимаю, что дико сглупил. Надо было сразу как-то отвлечь внимание спорщиков. Рассказываю анекдот про молодого пилота, который решил пошутить над диспетчером и при подлете спросил его по рации «Угадай, кто летит?». На что диспетчер, отключив посадочные огни на взлетке, пошутил в ответ: «Угадай, куда садиться?».

По полному отсутствию смеха в салоне понимаю, что опять лажанул. Не надо было так шутить на болезненную для всех тему. Что-то у меня сегодня провал за провалом.

Но плохой день продолжается. Летим с болтанкой и небольшим скандалом со стюардессами. Роберт, перенервничав, пытался покурить в проходе. Придурок… На него накричали, пришлось вмешиваться Сергею Сергеевичу, а мне еще и извиняться за сотрудника, потрошить заначку и дарить стюардессам кассеты и фотографии с автографами. Я бы и так отблагодарил девушек, но теперь это выглядело, как жалкое заискивание и заглаживание чужой вины. Остается только молиться, чтобы до конца полета никто из наших больше не опозорился.

Но вообще, девчонки стюардессы молодцы — им все же удалось постепенно успокоить народ. Сначала они отвлекли всех раздачей минералки и сока, чуть позже порадовали уже спиртным, а потом и обед подоспел. Надраться никто не надрался — не та доза — но люди хотя бы немного расслабились, хлопнув коньячка. Даже Света со Львовой вскоре начали над чем-то хихикать. По необъяснимой причине, эти две «конкурентки» за сердце Лехи, в его отсутствии умудряются найти общий язык и даже не скандалят между собой. Что, конечно, радует. Зато Завадский у нас сегодня мрачнее тучи.