— Тут вот какое дело, Виктор — посеревший, с красными глазами Романов по-отечески положил руку мне на плечо — У меня нервы не железные. Я войну прошел, разбомбленный Ленинград восстанавливал — но таких переживаний и волнений у меня на руководящей работе еще не было. С сегодняшнего дня ты невыездной. Сиди дома, записывай песни, на зарубежные гастроли — ни ногой

ЧТО⁇ Я подскочил на стуле, но хитрый Генсек придавил меня ладонью обратно. Стоит за спиной словно Сталин позади соратников. Только дымящейся трубки не хватает.

— Григорий Васильевич, мы же вас не подвели — зачастил я, поворачивая голову к Генеральному — С захватом все обошлось, Каллагену помогли, всемирный успех группы… Потом скоро чемпионат Европы по боксу в Кельне…

Романов не глядя на меня, начинает мерять шагами кремлевский кабинет. Тихоньки бьют напольные часы — четыре часа. Разгар рабочего дня, но в приемной — никого. Ну и правда, кто из чиновников сунется к ТАКОМУ главе государства. Раздраженному, не выспавшемуся… Верный шанс отправиться на Чукотку на руководящую работу к оленеводам.

Разглядывая знакомый кабинет, мне и самому не верится, что еще совсем недавно я бил током террористов, ходил «лунной походной» по сцене Уэмбли и вел переговоры на миллионы долларов. Две жизни — две реальности.

— Я не собираюсь объясняться с твоей мамой, почему тебя в следующий раз привезут в цинковом гробу.

Романов подошел к окну и начал массировать глаза. За те полмесяца, что я его не видел — он здорово постарел, осунулся.

— Никакие деньги, никакая помощь зарубежным политикам и никакие победы в спорте — не стоят всего этого — Генеральный машет в сторону рабочего стола и стола для совещаний. Я вижу, что он просто завален документами наверху которых лежит карта Лондона с пометками.

— Все что тебе положено — получишь — продолжает Романов — Медали за проявленное мужество, награды, премии, я даже разрешаю тебе стать лицом японской фирмы Сони — тут японская делегация сидит в Москве. Ведем переговоры об открытии предприятий в свободной экономической зоне под Владивостоком. Увидели по телевизору твое кривляние на сцене и просто с ума сошли. Готовы заплатить полмиллиона долларов, чтобы ты прошелся своей лунной походкой по Красной площади с их новым плеером Волкман. Я дал добро, пожалуйста. Подписываете документы и Селезнев весь ваш. Но за рубеж… извини.

Вот же хитрый Романов! Заводы на мне срубил. Еще и полмиллиона зеленых отхватит в бюджет. А мне что с этого?

— Нельзя за рубеж так нельзя — я пожимаю плечами. Как там пел Ролан Быков в Айболите-66?