— Что с клипом? — тут же поинтересовался Майкл — он будет?

— Обязательно. И весьма впечатляющим. В главной роли новейший советский истребитель-перехватчик.

У Гора натурально отвисает челюсть

— Пе… перехватчик⁈

— Угу. Да, не переживайте так, не буду я на нем летать! — успокаиваю я занервничавших было директора и продюсера — Даже в кабину не полезу, обещаю.

— Надеюсь, и в США не на нем полетишь?

— Нет, зачем же нам повторяться. Просто посижу красиво на крыле истребителя, полюбуюсь на камеру осенним закатом, пооткрываю рот под фонограмму… Нашим военным нужны эффектные рекламные кадры для продвижения истребителя на рынке вооружений, мне — съемка для клипа. Ну и отсылка к полету на МиГе во время недавнего японского тура. Я предложил министру сотрудничество, он подумал и разрешил.

— Чудны дела твои, господи… — качает головой Клаймич

Вот пусть так и считает. Даже не хочу им признаваться, скольких нервов мне стоил разговор с Дмитрием Федоровичем, и как он на меня снова кричал. Пришлось подлизаться и откупиться двумя песнями — «Там за туманами» для ВМФ и «Никто кроме нас» для ВДВ. С песнями я чуток припозднился, конечно, но за неделю, к 29 июля хор Александрова успел их подготовить. Вторая песня вообще обещает стать новым гимном ВДВ.

— Господа, предлагаю вам Верину песню «You´re My Love» убрать пока из репертуара группы. Некогда с этим возиться, да и не сказать, что это был супер хит. Ну, и «Миллион алых роз» тоже, этот номер был исключительно для японских гастролей.

— Да, для Америки вполне достаточно заменить их на новые песни — вздыхает Гор. Он уже в курсе, что одна из звездочек выбывает из группы. И не сказать, что для него это большой сюрприз.

— Согласен — кивает Клаймич — надеюсь, две недели нам вполне хватит, чтобы подготовить три новых песни…

* * *

— … Ну, что Хатико, пойду встречать твоих земляков — смотрю я на часы — а ты пока дома посиди, чтобы под ногами не мешаться. Я потом сам за тобой приду.

Японцы прибудут с минуты на минуту, и в саду все уже готово для их встречи: стол с белоснежной скатертью, накрытый для чаепития, ящик с минералкой, засыпанный колотым льдом, и поднос с фужерами, прикрытыми хрустящей накрахмаленной салфеткой. Все по высшему разряду. Я в обычных светло-голубых джинсах и белой футболке. Хотел ради прикола бабочку себе на голую шею нацепить, но решил не нервировать товарищей из ЦК, сопровождающих японскую телевизионную группу. Они и джинсы-то хотели заставить меня заменить на обычные брюки от костюма, но здесь я уже уперся. Хватит того, что они мне список вопросов вручили, а главное — моих ответов на них. Совсем за малолетнего идиота меня держат! И как я только раньше без их шпаргалок жил…?