Ну, хоть одна хорошая новость за последние сутки…

* * *

К моргу госпиталя Сальпетриер мы приезжаем практически к открытию. И естественно, никто из репортеров в такую рань нас здесь не ждет. Сам госпиталь — это всего лишь небольшая часть огромного университетского комплекса, старинные и современные здания которого занимают несколько кварталов на левом берегу Сены. Но сегодня мне не до архитектуры, и все эти красоты я провожаю, равнодушным взглядом. Территориально это тринадцатый округ, рядом находятся Бульвар Венсен Орьоль и Площадь Италии, совсем недалеко отсюда расположен вокзал Аустерлиц. Мне приходилось когда-то давно бывать здесь, я немного знаю эти места…

Заходим в довольно современное здание, один из мидовцев о чем-то кратко переговаривается с сотрудницей на ресепшене. Она пристально смотрит на нас, и при взгляде на меня в ее глазах мелькает узнавание. Но, слава богу, у нее хватает такта тут же отвести взгляд и даже изобразить на лице сочувствие. Искреннее ли оно? Я не знаю. Мне сейчас все равно. Достаточно того, что в ее взгляде нет жадного любопытства, уже и за это спасибо. Она делает короткий звонок и просит нас подождать пару минут — за нами сейчас придут.

Внутренне я готовлюсь к посещению морга, но для меня это дело совсем непростое. Удушливой волной тут же нахлынули все воспоминания из прошлой жизни. Умом вот понимаю, что мама и дед сейчас живы, но липкий страх буквально сковывает меня, и я ничего не могу с этим сделать. Ненавижу морги! Ненавижу!!! Эти жуткие запахи, которые ни с чем не спутать, эти вечно мрачные коридоры и эту тягостную атмосферу безысходности. Для моей психики это тяжелейшее испытание, но мне придется все выдержать. Делаю пару резких вдохов-выдохов как перед нырком глубоко под воду.

Сергей Сергеевич замечает мое состояние и обеспокоенно спрашивает:

— Ты как? Может, тебе лучше в машине остаться?

— Нет. Я выдержу.

Обязан выдержать. Мой давний психоз, усугубленный чувством вины к Вере — это ничто по сравнению с горем Александра Павловича. Вот кому по-настоящему худо. Отец Веры крепится, но… боюсь, предстоящее опознание тела сломает его окончательно. И на месте аварии ему сегодня точно делать нечего. Незаметно склоняюсь к уху полковника

— Надо уговорить Александра Павловича не ездить с нами к мосту Альма, он не выдержит. Ему сейчас врач нужен, а не встреча с толпой фанатов.

— Попробую. Здесь ведь еще придется задержаться для оформления документов и всяких формальностей.

— Вот пусть и задержится тут с мидовцами. А мы тем временем созвонимся с Майклом и отправимся на место аварии.