SVO. Нагляднее на примерах. SOV — Marcus puellam amat — «Марк девушку любит» — нейтрально, без подтекстов. OSV — Puellam Marcus amat — «Девушку любит Марк» — акцент на том, что он именно девушку любит, а не кого-то другого. VSO — Amat Marcus puellam — «Любит Марк девушку» — тут глагол в начале усиливает экспрессию, поэтому поэтишно, драматургишно и часто использовалось в тематических произведениях. Ну и, кхм-кхм, SVO — Marcus amat puellam — «Маркус любит девушку» — это основной порядок, который особо выёбистые творцы старались не использовать в своих произведениях, чтобы не прослыть плебеем, но, когда было нужно, всё же, использовали. Это основные отличия, поэтому классическую латынь учить тяжело, а народную — легко. И народная, в силу своей предельной простоты, стала языком экспансии, а классическая осталась уделом буквоедов хуевых и изысканных особ, ратовавших за то, чтобы все писали на классике, а не на греческом и, Юпитер спаси и сохрани, не на вульгарной (фу-у-у!!!) латыни. Русский язык, кстати, минула участь сия и он не разделился на, по сути, два разных языка. Различия между литературным русским языком и народным есть, но они несущественны, поэтому просто не может быть ситуации, когда очень воспитанный юноша внимает речи дворовых пацанов и просто не может понять, о чём они там балакают. Виной всему унификация в конце XIX и начале XX веков — была задана строгая норма и мы все, да-да, даже ты, уважаемый читатель, говорим в соответствии с ней. Сыграли в этом роль школы, пресса, армия и массовая грамотность (да-да, есть такая партия!) — унификация прошла успешно. Существуют, конечно, хитровыебанные диалекты и разного рода фени, но широкого распространения они не имеют.

Глава XX Жемчужины и кораллы

Глава XX Жемчужины и кораллы

//Королевство Пруссия, г. Берлин, 30 июля 1763 года//

Официальная часть Берлинской мирной конференции закончилась и сегодня вечером Таргус отправится обратно в Шлезвиг. Он бы отправился и раньше, но король Пруссии захотел поговорить. И тема разговора была очевидна.

— Моё королевство ждёт такая же судьба? — спросил Фридрих II.

— Если будешь делать опрометчивые шаги — определённо, — Таргус не стал ему врать.

— Что мне понимать под «опрометчивыми шагами»? — уточнил король Пруссии.

— Понимай под этим подковёрные игры за моей спиной, создание военной угрозы моей империи, то есть, проявления нелояльности, — ответил на это император будущей Римской империи. — Соблюдать эти условия несложно — это даст тебе очень спокойное правление.

— Я хотел обсудить с тобой колониальный вопрос, — произнёс Фридрих II.