Глава XXIII Безальтернативный мезальянс
// Провинция Шлезвиг , г. Александриненсбург, 29 августа 1772 года//
— Ты ведь не против её кандидатуры? — спросил Таргус.
Скрываться тяжелее с каждым месяцем — при выходах в свет с Марией Терезией разница в возрасте разительна и её почти не скрыть гримом.
Грим не скрывает осанку, живость движений, а также молодость взгляда — даже с искусственной сединой в волосах, Таргус не выглядит на сорок четыре года. И это видят все.
— Мне всё равно, — пожал плечами кронпринц Карл Готфрид Римский. — Это твой выбор и я ему полностью доверяю.
— Что ж… — изрёк император. — Они прибудут завтра — посмотрите друг на друга, а затем начнём подготовку свадьбы.
Единственной достойной кандидаткой в жёны Карлу Готфриду Таргус видел Фридерику Софию Вильгельмину Прусскую, племянницу короля Пруссии Фридриха II.
Гогенцоллерны не замечены в повальном инцесте, наблюдаемом у Габсбургов, поэтому Вильгельмина может рассматриваться, как здоровая кандидатка, без видимых генетических дефектов, что должно стать залогом здорового потомства.
Всё слегка «портит» то, что Мария Терезия, мать Карла Готфрида, родом из Габсбургов, за которыми замечено 16 и более поколений близкородственного скрещивания, что просто не могло не оставить генетических следов.
Впрочем, у Таргуса на 100% чистая генетика, исправленная Бездной — это имеет косвенное подтверждение в виде его долголетия, а также всех его детей, каждый из которых родился и вырос абсолютно здоровым и полноценным.
Можно сказать, что Карл Готфрид — это «обнулённый» Габсбург и Виридиан. Ничего общего, кроме названия династии, с Гольштейн-Готторп-Романовыми он не имеет, потому что приходится сыном Таргусу Силенцию Виридиану, гордому потомку династии тосканских нобилей, поколениями служивших Сенату и Народу Рима.
— Но ты подумай, — произнёс император. — Если не понравится и ты поймёшь, что не хочешь связывать с ней свою жизнь — скажи. Я что-нибудь придумаю.
— Я всё просчитал, — покачал головой Карл Готфрид. — Альтернатив нет. Франков и англосаксов мы завоюем и подчиним, иберов ждёт та же участь, поэтому в обозримом пространстве остаётся только османская принцесса, но это уже слишком даже для тебя.
Ему сейчас двадцать лет, он молод и атлетически сложен, потому что в семье у императора нет места ленивым, он высок, 187 сантиметров, красив лицом, одевается пусть и не так модно, как старшие братья, но зато практично, под стать отцу.
Таргус смотрел на него и видел отражение себя — он видел достойного продолжателя его дела.
— Почему это? — нахмурился он. — Сын, если ты посчитаешь, что османская принцесса достойна твоей руки, то я не буду против.