…Непонятно что произошло, то ли ещё один жук-таран всё-таки пробился, то ли стена сама обвалилась, но наемники стояли около пролома, закрываясь своими ростовыми щитами и мерно перемалывая напирающих антов. Сверху, со стен и сзади, с крыш, им активно помогали стрелки, не давая волне инсектов перехлестнуть через щиты наемников. Нигде не было видно отца и на сердце неприятно скребануло. В проём вдруг рухнул здоровый булыжник, образовывая небольшую преграду и придавливая нескольких антов. Наёмники, добив тех, кто были перед ними, воспользовались выдавшейся паузой и сменили тех, кто держал щиты и несколько самих щитов. Из строя вынесли пару бойцов, ещё несколько шли, прихрамывая, и один держался за голову. Все они двинули в сторону главного здания.

— Иглы! — раздался истошный крик.

«Мать!!!»

Аринэль не добежав до стены, практически рыбкой запрыгнул в дверь казармы. Эти слизни свободно перестреливали через стену, вчера с десяток человек убило именно тут, за стеной.

«А что, уже магией их не долбят?» — подумал Аринэль, слушая как по крыше и стене будто град отстучал.

Он не торопился вылезать, помня, что слизни плюются несколько раз. За окном кто-то вскрикнул, потом раздался стон.

«Стонет, значит живой» — вспомнились слова.

Это говорил прапорщик в учебке, ещё когда он срочную проходил. Имя и лицо этого человека уже стерлись в памяти, но запомнились своё удивление и хриплый голос мужчины. Прапорщик имел несколько боевых наград и контузию. А ещё командир части, полковник Кочуров, тоже прошедший несколько горячих точек, обращался к нему по имени.

«Стонет, значит живой. Сиди и не высовывайся, иначе тоже будешь стонать. Ни себе, ни ему не поможешь, оба и сдохнете».

— Цельсь! — раздался далекий крик.

Ага, значит, слизни отстрелялись. Аринэль без промедления, но и без суеты, вышел наружу. Невдалеке на земле лежал, скрючившись, молодой парень, почти мальчик, рядом валялась корзина со стрелами. Из-под ладоней прижатых к животу, проступала кровь.

«Ты знаешь, что делать с этим? Тогда нахрен лезешь? Чехи не будут ждать, пока ты в доктора наиграешься. Всё забираешь с него и вперед. Ему уже похрен, а вот для того, чтобы вы все не сдохли, тебе нужно стрелять!»

Аринэль видел, что сюда уже бегут от главного здания. Поэтому подхватил корзину и поспешил на стену. На подходе он встретил двух эльфиек. У одной плетью висела рука и она тащила вторую девушку, у которой было в крови лицо и она еле передвигала ноги. Без лишних слов ему отдали лук.

— Ессуни теоно (помоги ему), — прохрипела эльфийка, передавая оружие.