— Я, кстати, ничуть не кривила душой, когда говорила, что Кристина — прекрасный специалист, — все так же негромко произнесла она.

— Именно поэтому я и взял ее к себе, — кивнул я.

— Нет, я не об этом, — усмехнулась княгиня Красноярская. — Мы ведь можем переложить на нее часть твоих задач. Пусть не как отдельные князья, а как члены рода Романовых.

— Мне нужно будет подумать об этом, — произнес я.

В принципе, конечно, какие-то вопросы действительно можно было бы делегировать боярыне Татарской. Вот только подобных задач, которые я мог бы спокойно передать в чужие руки, передо мной стояло все меньше. Да и к тому же Кристина — трудоголик, если я возьму ее к себе вновь, это со стопроцентной гарантией повредит ее беременности.

Девушке после работы на меня пришлось еще целый месяц восстанавливать здоровье, чтобы зачатие сработало. А это о многом говорит на самом деле.

Требовать же класть на алтарь служения мне своего нерожденного ребенка я не стану. Быть может, меня и можно назвать не самым хорошим и достойным человеком, но отнимать дитя у Кристины, которая служила мне верой и правдой, это ведь тоже предательство.

Дверь в покои наследника рода открылась. Сергей Алексеевич вышел в коридор уверенной поступью, на ходу поправляя манжеты рубашки. Небрежно кивнув мне, Виктории мой брат поклонился со всем возможным почтением.

— Виктория Львовна, позвольте забрать у вас моего брата, — с улыбкой произнес Сергей. — Обязуюсь вернуть его в целости и сохранности после церемонии.

Княгиня Красноярская тихонько посмеялась в ответ, позабавленная его игрой.

— Позволяю, Сергей Алексеевич, — кивнув, разрешила она не менее официально по содержанию, но в такой же наигранной манере.

Когда мы спустились на первый этаж особняка, отец с матушкой и сестрой уже ожидали нас. Из окон было заметно, что гости уже начинают подъезжать, и Алексей Александрович объявил:

— Ну что ж, все свои роли знают, давайте устроим хороший праздник.

И мы пошли по своим местам. До самой церемонии бракосочетания оставался еще час, и мне с Ксенией предстояло развлекать гостей на входе, а отцу с матушкой — в саду.

Виктория ускользнула проверять, как были исполнены последние приказания и все ли готово. Времени для того, чтобы внести правки, если что-то пойдет не так, было немного, но оно имелось.

Первым, разумеется, прибыл митрополит Казанский Алексий со своей свитой. Видеть этого священника мне приходилось не так часто. Но, разумеется, княжеская семья проводила свои обряды только с иерархом Русской Православной Церкви высшего уровня. Так что мы были знакомы, хотя я и не был ревностным христианином, и далеко не на все службы и обряды появлялся.