Эдуард Константинович выдохнул сквозь зубы.
— И почему, зная об этом, вы ничего мне не сказали? Алексей, я думал, мы с тобой союзники.
Отец откинулся на спинку дивана.
— Так и есть, Эдуард, — кивнул Алексей Александрович. — Именно поэтому я не требую от тебя бумаги о том, что первый сын Ксении и Михаила обязан носить фамилию Романов.
Князь Саратовский вздохнул.
Фактически мы оказались в зеркальной ситуации, которая произошла с участием Петра Степановича Дмитриева в доме Волковых. Только в его случае оскорбление было нанесено хозяину дома, а здесь и сейчас пытались унизить гостей.
При любом исходе, когда эта история всплывет, а отец совершенно прав, она обязательно всплывет, князю Юсупову придется отмывать свою репутацию. Это его боярин оскорбил гостя. И не просто случайного человека, а фактически родственника самого князя. Ведь после официального объявления о заключении брака мы стали одной семьей.
Все, что можно сейчас сделать — решить, в какой интерпретации эта история будет подана.
— Признаюсь, я думаю, что князь несет полную ответственность за действия своего боярина, — начал говорить я, когда молчание затянулось. — Но и бояре отвечать обязаны за свои слова и действия. Иначе какое же они благородное сословие? Есть закон, который должен исполняться, и где установлено как наказание, так и условия. Я считаю, что боярин Корякин поступил неправильно, своими действиями он не только поставил под угрозу выгодный своему княжеству политический и экономический союз, но и задел меня и мою семью. Он знал, к чему приведут его действия, и сознательно на это пошел. А учитывая, что Федор Геннадьевич действовал по указке из Мурома, получается, что он к тому же предал своего князя, — закончил я мысль. — Исходя из этого, по совокупности обвинений я настаиваю, чтобы боярин Корякин был лишен боярского достоинства. И получил все то, что и положено изменникам по закону Русского царства, но уже в качестве царского человека.
— Я тебя услышал, Дмитрий, — кивнул мне князь Юсупов. — Тебя это устроит, Алексей?
Отец сел ровно и убрал пачку сигарет во внутренний карман пиджака.
— Для начала — да, — ответил он. — А теперь, раз ты, Эдуард, отныне тоже член клана Романовых, я предлагаю обсудить, как именно мы будем противодействовать князю Муромскому. И прошу заметить, действовать мы должны законными путями. За Дмитрием и так тянется кровавый след по всему миру. Теперь пора показать Русскому царству, что мой сын не только рубить чужие головы мастер, но и своей думать способен.
Глава 17
Париж, Франция .