— Надеюсь, не то, что я помню — ради того и постараюсь сделать всё. Потому и рискую собой и окружающими людьми, чтобы такое не реализовалось в будущем, а осуществилось более оптимистичное. Войны не произошло, но после развала Союза убыль населения на его территории была большей, чем во время Великой Отечественной Войны. Ты воевал, и многое повидал, а тут, в, якобы, мирное время, вымирали миллионы — кто от отсутствия средств, кто от отсутствия необходимых лекарств, а кто от неоказанной помощи. Кто-то попал в теракты, или перестрелки. А с другой стороны — «кому война, а кому и мать родна». Наживались огромные состояния. Собственно, вся общенародная собственность была поделена, среди нужных людей. Народ, как всегда, получил шиш без масла. Зато партноменклатура, комсомольские вожачки и криминал подмяли под себя всё.

— Не продолжай, в таком мире и жить неохота. Там, где всякая мразь позахватила всё, и опять жирует за народный счёт. Выходит что революция, и последующие тяжелейшие годы, я их отчётливо помню, были напрасны? Мы отрывали последнее, чтобы можно было провести индустриализацию всей страны. А потом всё построенное таким потом и кровью, опять заграбастали буржуи?

— Не буржуи, а эффективные собственники. Так это трактуется. Дж. П. Морган, которого поминал О’Генри — тоже оттяпал себе у государства железную дорогу. Вспомни, «Младенцы в джунглях», так и народ в котором еще сохранилась порядочность, будет этими младенцами, против бесчестного ворья, которое долгие годы толкало речи про развитой социализм и грядущий коммунизм, при этом пользуясь спецраспределителями и огромными квартирами улучшенной планировки. Всё, по правилам этой бесчестной игры. Эти партийные функционеры, похоже, специально влазили пятым колесом в каждую телегу, чтобы экономика была неэффективней. Своими указивками из разных комов — нарушали ритмичность производств, и понижали производительность труда. И сейчас уже есть цеховики, которые на дефиците товаров народного потребления, наживают огромные состояния, используя бесплатные ресурсы предприятий. Они делятся доходами с многими партийными и комсомольскими и советскими руководителями. Особенно это процветает в южных регионах Союза. А когда стагнация производств, отсутствие продуктов питания и товаров — окончательно обозлит народ, они и организуют свою контрреволюцию, а высшие партийные руководители, будут вовлечены в этот процесс на первых ролях.

— Ты не открыл ничего нового, многое видно уже и сейчас, и я по роду деятельности контактирую с этими слоями и рассказать могу куда больше. Но как помешать? Что мы можем сделать на этом уровне? Создавать революционную партию? Так её возглавят скорее всего — такие же, только оказавшиеся не у власти.