И тут тоже все понятно — на задании у разведчика всегда может сложиться такая ситуация, в которой его могут вычислить. И будут гонять, постоянно приседать на хвост. Это позволяло привить стойкое чувство опасности, особенно, когда ты видишь и знаешь, что враг преследует тебя по пятам. Разведчик всегда готов действовать нестандартно, импровизировать в зависимости от меняющейся обстановки.

Хуже всех, наверное, пришлось Шуту.

Его одного, почти сутки гоняли по степям и холмам, не давая отдыха ни на минуту. Доходило чуть ли не до полуобморочного состояния. До тошноты и рвоты. Без еды, воды и отдыха. Инструктора менялись каждые два часа, вступая в испытание с новыми силами. А Паша такой возможности не имел, полагаться можно было только на самого себя. Ему было разрешено прятаться и сражаться, вот только местность не сильно позволяла. К тому же, он всегда был в пределах видимости преследователей.

Это чем-то напоминало старый американский фильм Трудная мишень. Разве что, все происходило без оружия и крови. Но и он справился — ему кое-как удалось завести преследователей в какое-то болото, что они оказались в ловушке. А сам ушел, измазался в грязи, залег где-то под камнями и переждал там несколько часов. А потом сам вышел обратно к месту начала испытания.

А вот Смирнов никакого особого задания не получил. Его просто подвергли пыткам — симулировали ситуацию, где разведчик попал в плен и противник хочет выбить у него важную информацию. Наглядно помяли, но тоже в пределах разумного. Конечно, хоть и было без крайностей, но все равно оказалось довольно тяжко. Когда мы все встретились в медсанчасти, было что обсудить. Благо, с медициной все было более чем хорошо. Да и если честно, заживало на нас, как на уличных собаках.

В общем, по окончании двух дней таких испытаний, майор Карев объявил нам, что мы успешно прошли вторые «скачки». Следующие должны были случиться только во второй половине марта, и до них было еще далеко.

Безусловно, все это носило закрытый характер. Методы обучения нигде не афишировалось и входили исключительно в экспериментальную программу обучения. Многие из них никогда больше не будут повторяться, а некоторые наоборот войду в основную программу.

Одно мы знали точно, ни одна другая группа так не обучалась. Итоги были не сильно важны, главное донести до нас всю суть. Все реалии того, в какой ситуации может оказаться разведчик. Вернее, все реалии продемонстрировать, конечно же, невозможно, но попытка была очень хорошей.

Несколько раз мы пересекались с другими группами обучающихся, в основном на утренней зарядке, и общих марш-бросках.