а ты плачешь, когда на экране Вицин и Крамаров». Дмитрий решил никаких вопросов не задавать, чтобы не расстраивать Киру еще больше. Может, этот фильм связан с какими-то воспоминаниями, например, она смотрела его вместе с мужчиной, которого любила и которого больше нет в ее жизни. Как знать… 5 Виталий Николаевич Кабанов развернул вечерний выпуск газеты и снова перечитал краткое сообщение из рубрики «Криминальная хроника». Еще одно убийство на территории Московской области, человек убит выстрелом в затылок. Ай да снайпер! Упрямый, от своего не отступается. Видно, хочет большие деньги зарабатывать, а для этого надо получать высокооплачиваемые заказы. Но такие заказы дают только тем, кто подтвердил свою репутацию хладнокровного убийцы, у которого не бывает промахов. Пятый труп — достаточное тому доказательство. Помощник, телохранитель и шофер Гена, по обыкновению, сидел неподвижно у двери и наблюдал за Кабановым. — Ты это читал? — спросил Виталий Николаевич, ткнув пальцем в газету. Гена молча кивнул и переменил позу, закинув ногу на ногу и скрестив на груди жилистые руки, густо поросшие волосами. — И что скажешь? Гена неопределенно пожал плечами, всем своим видом выказывая явное нежелание обсуждать тему. — Молчишь? По-моему, ты просто завидуешь, Геннадий, — пошутил Кабанов. — Какова настойчивость, а? Целеустремленность, хладнокровие и абсолютная безнравственность. Бесценный кадр. Не согласен? — Подождать надо, — упрямо буркнул Гена сквозь зубы. — Посмотрим, посмотрим. Что у нас на сегодня осталось? — Человек от Трофима. С утра звонил, просил принять. Я вам докладывал. — А, ну да, вспомнил. На который час я ему назначил? — В восемь у Ларисы. Я уже позвонил, предупредил. — Умница. Нам, наверное, уже ехать пора? Восьмой час. — Минут через пятнадцать, — лаконично ответил Гена. — Отсюда до Ларисы ровно двадцать пять минут. — Поедем сейчас. Кабанов тяжело поднялся, убрал бумаги в сейф, немного подумав, вытащил из ящика стола упаковку с лекарством. — Беспокоит, Виталий Николаевич? — заботливо спросил помощник. — Давайте я позвоню Александру Егоровичу, чтобы он завтра с утра вас посмотрел. — Не надо, — поморщился Паровоз. — Беру на всякий случай, вдруг у Ларисы съем что-нибудь не то. Но Егорычу ты все-таки позвони, пусть на этой недельке выберет время, Светка моя что-то стала жаловаться на боли в боку, боюсь, не печень ли. По десять чашек кофе в день выпивает да шоколад без конца жует, а потом боли. Никакой управы на нее нет. Дочь Кабанова Светлана засиделась в девицах,