— Хотя бы месяц. — Месяц? Ты хочешь сказать, что четырех трупов тебе мало? Тебе нужно восемь? Что-то ты стал кровожадным, Геннадий, — недовольно поморщился Кабанов. — Но мы не можем рисковать, — твердо сказал Гена. — Мы должны быть уверены в том, что этот снайпер не ошибается и не дает нервных срывов. Кроме того, мы должны быть уверены, что преступления не будут раскрыты и следы не приведут к нам. Только тогда мы сможем на него полагаться. — Что ж, может быть, ты и прав. Подождем еще. Сколько человек собираются прийти сегодня вечером? — Вы лично пригласили восемнадцать, — доложил Гена, достав из кармана маленький блокнот и быстро пролистав его. — И еще семеро выразили желание поздравить вас, если у юбиляра не будет возражений. — Итого двадцать пять, — кивнул Кабанов. — И у каждого как минимум по пять человек сопровождения и охраны. Ты подумал о том, где их разместить и кормить? — Я предлагаю в банкетном зале накрыть два стола. Один — для вас и ваших гостей, другой, тоже на двадцать пять персон, для охраны. Каждый гость будет иметь в зале по одному человеку для охраны и личных поручений. Находящийся рядом общий зал можно полностью отдать остальным сопровождающим. Я уже говорил с администратором, он просил не позже трех часов сообщить, нужно ли будет закрывать общий зал для посетителей. — Сколько человек поместится в этом зале? — Все сто как раз поместятся. Там тридцать столиков, по четыре человека за каждым. — Хорошо, Гена, я на тебя полагаюсь. Никаких эксцессов быть не должно, ты это понимаешь? — Конечно, Виталий Николаевич. — И вот еще что, Гена… Кабанов наконец отвернулся от окна и, тяжело вздохнув, уселся за стол. Избыточный вес давно уже сделал его тело грузным, а движения — медленными и неловкими, но светлые внимательные глаза смотрели по-прежнему открыто и цепко. Кабанов никогда не скрывал своего недоверия к кому бы то ни было, полагая, что лучше ошибаться в приятную для себя сторону, нежели дать себя обмануть. — Подними-ка наши связи в областном управлении внутренних дел. Я хочу знать об этих трупах все. Я хочу быть уверен, что все эти люди убиты из одного пистолета. Ведь вполне может оказаться, что все это просто совпадение. Один из них может оказаться нашим, а все остальные — случайность. Понял меня? — Да, Виталий Николаевич. — Иди, Гена. И скажи Эле, чтобы ни с кем меня не соединяла до четырех часов. Я хочу подумать. 2 В кабинет к своему начальнику Дмитрий Платонов вошел, не предчувствуя ничего плохого. Может быть, потому, что с утра мысленно прощался