в руке у него был пакет, в котором лежала коробка конфет «Рафаэлло» и букет цветов из торгового автомата, купленные рядом, в дешевом супермаркете «Билла». Цветы и конфеты Дима дарил жене не часто, раз-два в год. Что в данном случае, как ни странно, служит извиняющим фактором. — Какие пятьсот? — темпераментно торговался Дима. — Да триста — красная цена! — Ты на бензин цены знаешь? — так же темпераментно отвечал водитель-южанин из-за руля потрепанного «форда». Несмотря на очень нерусскую внешность, речь у него была чистой и интеллигентной. — Вызови официальное такси — никто дешевле не повезет! — Я потому и ловлю частника, — пояснил Дима. Вообще-то он был морально готов на пятьсот рублей — ехать было не близко, но привычка требовала поторговаться. — Четыреста, — решил южанин. — А поехали, — сказал Дима и, перед тем как нырнуть в машину, окинул взглядом улицу. Просто так. Девочка стояла шагах в пяти. Покачиваясь и глядя на Диму. Вообще-то девчонка была высокой, фигуристой, в полумраке сошла бы и за взрослую женщину, но сейчас свет фонаря падал ей прямо на лицо — а лицо было совсем детским. Девочка была без шапки, волосы растрепаны. Из глаз у нее катились слезы. Шея была окровавлена. Нейлоновая горнолыжная курточка была чистой, а вот на светло-голубых джинсах тоже проступали потеки крови. Пастухов бросил пакет и букет на сиденье и кинулся к девочке. За спиной у него затейливо выматерился водитель, тоже увидавший девчонку. — Что с тобой? — закричал Пастухов, хватая девочку за плечи. — Ты как? Где он? Почему-то он не сомневался, что девочка сейчас покажет, «где он», и он догонит этого козла, и задержит, и в процессе задержания, если повезет, что-нибудь ему сломает или отобьет. Но девочка тихо спросила: — Вы полицейский, да? Пастухов, который толком не осознавал отсутствие на нем формы, кивнул: — Да. Да, конечно! Где он? — Увезите меня, мне холодно, — жалобно попросила девочка. — Увезите меня, пожалуйста. Насильника рядом не было. Водитель выбрался из-за руля, достав откуда-то бейсбольную биту (как известно, в России почти никто не играет в бейсбол, но вот бит продается сопоставимо с США). Идущая по Астраханскому семейная парочка увидела девочку, Пастухова, водителя — и юркнула в супермаркет. А вот двигавшийся по Протопоповскому пацан с ранцем, напротив, остановился и издал восхищенный возглас — так радостно, что Пастухов подумал о воспетой в Библии пользе телесных наказаний для воспитания детей. — Тебе нельзя сейчас покидать место происшествия… — начал было Пастухов.