И ещё, и ещё, и ещё.
Глупое, бессмысленное и не имеющее оснований соревнование, где каждый пытался просто говорить… Обо всём и ни о чём одновременно.
Ей это нравилось.
Нравилось играть словами. Нравилось брать совершенно невинные фразы и оборачивать их двусмысленностью и лёгкой вульгарностью или прятать за невинной улыбкой немного пошлую шутку. Не потому, что она действительно была пошлой или вульгарной, а потому, что это был тот самый язык, на котором разговаривал Арген.
Потому что жонглировать смыслами, полунамёками, издёвками, риторическими приёмами и в конце концов просто шутками оказалось не менее занимательно, чем биться на арене.
Пирра прицелилась и вновь выстрелила, сбивая атаку дезсталкера.
Девушка знала, что Арген стремится стать Охотником с большой буквы. Видела, как ему важно стать сильнее, хотя она и не до конца понимала всех его мотивов.
Но это ей было и не важно. Ей было важно отплатить своему напарнику за то, что тот… просто был собой в разговорах с ней.
И что пытался разглядеть её саму в их маленьких пикировках.
Тут отчаянный дезсталкер окончательно рассвирепел, бросаясь в сторону девушки, раскидывая деревья, как кегли в боулинге.
Арген тут же устремился за противником, не отставая, нанося удары и всеми силами продолжая привлекать его внимание, но старый и опытный гримм просто игнорировал все его потуги, точно определив, где была ненавистная ему снайперша.
Пирра не боялась, а продолжала стрелять в противника, каждый раз смещаясь и меняя позицию, отходя всё глубже и глубже в лес.
В голове у неё почему-то пролетали сцены с невыносимо смешным мальчишкой, пока в голове вновь не щёлкнул тот самый рубильник.
То самое осознание, которое она уже испытывала. В первый раз она таким образом приняла концепцию судьбы, а сейчас… сейчас наконец-то осознала, что она была права. Она доказала это на практике.
Судьба действительно не была единственной дорогой, а прошлое одиночество девы было лишь следствием выбора не той дороги. Не цели, дороги. Это не было неизбежной ценой, как она иногда думала, нет.
Это была просто дорога, которая бы привела её к вершине башни, где она бы и закончила свой путь в одиночестве.
Пирре было такое не по нраву, а потому она слегка… скорректировала свой маршрут, и теперь он вёл в Бикон, где её уж точно не ждала башня, одиночество и сила, которую она получила из-за чужих надежд.
По крайней мере, она хотела в это верить.
Тут всю поляну словно накрыло сияние серебра, которое на пару мгновений полностью ослепило Чемпионку.
Первое, что я почувствовал, – это жжение глаз, словно в них засыпали раскалённый песок, и с каждым ударом сердца он становился всё горячее и горячее, пока в один момент…