Дело в том, что, несмотря на то, что подросток честно старался не ошиваться в одних и тех же местах, надевал нетипичную для себя одежду, старался изменять свой голос и даже поведение, ибо на улице оно у него было не тем, которое он обычно демонстрировал в Фаросе (там, как узнал директор, тот был скорее серенькой мышкой-зубрилой, который не привлекал слишком много внимания, а тихонько учился, тем не менее не показывая каких-то фантастических результатов), однако в начале своей деятельности вигиланта дитя заходил в одно не особо посещаемое кафе, где продавец и заприметил, а потом и запомнил необычного посетителя, ибо обычно такие молодые люди в его заведение не заходили.

Самое смешное в этом всём было то, что кафе было не сказать, что близко к первым местам преступления, но об юном вигиланте говорили в газетах и даже вроде бы на телевизоре пару раз упомянули, где очевидцы описывали внешность нападавшего, а владелец кафе взял да и узнал в описании своего недавнего клиента, после чего и решил позвонить куда надо.

Так полицейские и вышли на Аргена, решив его проверить, ибо такие, как он, — это первые подозреваемые в таких делах, ну а потом нашли в его квартире ту самую одежду, ну и ещё ряд других доказательств.

Озпин хмыкнул.

Если бы не тотальное желание каждого охотника как-то выделиться, даже если они создают себе альтер эго для сокрытия истинной личности, то, возможно, Аргена бы так и не поймали, но что уж тут. В конце концов, парню просто не повезло, правда, и шанс для невезения он создал сам.

«Некоторые вещи приходят только с опытом», — слабо улыбнулся Оз и решил посмотреть следующее досье.

В конце концов, Пэнг был не единственным серебряноглазым, достойным внимания, юная роза также была достойным кандидатом.

Правда, уж слишком она была молодой, и, по-хорошему, ей бы доучиться в Сигнале до конца, а не прыгать на два года вперёд.

И в обычной ситуации Озпин был бы первым, кто был бы за такой вариант событий, ибо дети должны оставаться детьми, наслаждающимися детством, а всю тяжесть проблем на себя могут взять ответственные взрослые, но…

Ситуация давно перестала быть обычной.

Мало было того, что кто-то напал на одну из четырёх волшебниц, которые были у человечества, так этот «кто-то» смог сделать то, чего Оз никак не смог предвидеть.

Магия Девы Сезонов была насильно изъята у её законной носительницы, а воровка смогла скрыться с места преступления.

Дальше ситуация напоминала скорее снежный ком, ибо одна тревожная новость сменяла другую: Роман Торчвик вдруг стал проявлять аномальную активность по краже Праха в просто каких-то неприлично огромных количествах. Такое чувство, что он поставил себе цель ограбить каждого мелкотравчатого лавочника.