Иммунитет гуля, яд арахноида нейтрализован, — флегматично сообщила мнесистема .
Проходя мимо центра, видел в направлении администрации какие-то вспышки, которые слабо подсвечивали небо. Как ни странно, самих по себезомби попадалось мало, на меня не реагировали, я их бессовестно убивал. Надеюсь, они не станут новой доминирующей расой, поймают, будут судить, я буду орать что «я — легенда, я — крещендо»! Бррр. Ближе к расположениям вояк засёк первый наблюдательный пункт. Спрятавшись в угловой квартире на третьем этаже жилого дома, совершенно не заметный снаружи и тем не менее ощущаемые моимпоиском живых торчали трое вояк, тихонько переговаривались, контролировали улицу. Умно.
Заблаговременно накинулневидимость благодаря чему невозбранно преодолел все посты и баррикады. Ближе к самому штабу, который до сих пор находился в здании банка, вовсю кипела жизнь, курили патрули, бродили местные, готовилась еда.
Пользуясьневидимостью , которая не защищала меня от моросящего дождя, добрался до здания, по памяти прикинул, где находится кабинет босса.Блинк.
Промахнулся, оказался на складе. Ну, тут хотя бы тепло и сухо. Любопытно, что у нас тут? Щелкнул фонариком, сам же сощурился от света. Какие-то мины. Брррр. Надо валить. Хотя, если подумать, взрывчатка, которая продолжает действовать, прикольная штука. Пойду искать босса, склад заперт, так что придется использовать сноваблинк .
Глава 16 Несистемный призыв
— Я жду пятнадцать минут, потом сваливаю. Мне нравится ночью гулять. Андестенд?
Адъютантская рожа, которую без зазрений совести разбудил (сидел за столом мордой в поверхность), смотрела на меня зло, потому что я вывалил на него факт своего прибытия и потребовал (не попросил, а именно потребовал) подать мне Гай Юлия Цезаря, консула, диктатора и великого понтифика, иначе он может сделать мою фотку на телефон, и демонстрировать главе своего клана, когда тот снова захочет меня видеть.
В общем, я встретился с Цезарем через четырнадцать минут, явно оторвав его от поздней трапезы и нажил себе очередного недоброжелателя в лейтенантских погонах (восприятие любезно сообщило что адъютанта звали Безыкин Кристиан Сергеевич).
Но, чего баловать?
— Спасибо что пришёл, — протянул руку весь из себя усталый и заспанный Цезарь.
От моего взора (или это повышение интеллекта так сказывается?) не укрылось что погоны на нём сегодня генеральские. Интересно, это он сам себя произвёл?
Проследив мой взгляд, он утвердительно крякнул, щелкнул по коммутатору:
— Четыре чая. Мозга позови и этого… Кронштейна!
— Пельштейна?