— Земеля, мне всё за последние полчаса кажется странным.

Я извлёк из поваленной камеры хранения свой рюкзак, привычно нацепил на одно плечо, побрёл по магазину. Что хотел? Вообще-то пельменей взять, сосисок, хлеба, пару скидочных баклажанов. А не вот это вот всё. Приличный торговый ряд безбожно заляпан кровью и украшен трупами. Внезапно один из них дёрнулся и сел.

«Зомби 1 ур» . Опять такая надпись! Приму существование зомби как условность, пока не разберусь.

— Бляха. Кастет, ты там как закончишь свои противоправные действия, подтягивайся, пробежимся по второму кругу.

— Мы же всех? Ой, сука… Понял.

Но он не подошёл, у него самого был какой-то шум и возня. Времени переживать за товарища не было. Я ходил и громил черепа неизвестно откуда взявшихся новых «бешеных». Ряд за рядом. Руки гудят.Сообщения игнорировал. Показался Кастет. Зря я за него переживал. Глазки бегают, сунул мне во внутренний карман небольшую порцию смятых купюр, просипел на ухо «ты ничего не видел». Я равнодушно кивнул. Кража из кассы после кучи убийств меня не беспокоила. Дошли до Алексея и тёти с ребенком.

— Так. Молодые люди, что вообще происходит? — нахмурила женщина. Заляпанная кровью трость всё ещё при ней. Посмотрел на неё.«Игрок 2 ур».

— Мы не учёные, сами не вкуриваем.

— А мне кажется, очень даже вкуриваете! — напирала она, потом переключила внимание на высоченного очкарика (Алексей выше нас всех, ещё и грузный), видимо, придя к выводу что с нас, дебилов — взять нечего, а этот умный, очки стереотипный признак интеллекта. Он насупился, поправил окуляры.

— Системные сообщения всё объясняют. Начался апокалипсис.

— Что ты несёшь, чучело интеллигентское?

Алексей немедленно заткнулся.

— Давайте решать, что делать? — нахмурился Кастет, к которому вернулась уверенность и слегка придурковатый вид.

— Выглянем на улицу, для начала? — предложил я.

Женщина смерила меня взглядом, в котором читалось что её мнение обо мне только что стало ещё хуже, но промолчала. Впрочем, по факту она, ребёнок, который прятался за её спиной, и Алексей — так и остались стоять, а вот мы с Кастетом действительно пошли в разведку. По дороге я поддался криминальным порывам своего нового товарища, закинул в рюкзак десять палок сырокопчёной колбасы, несколько тушенок, шпроты, дюжину шоколадок. Внутренне я был готов при первой же опасности бежать, причём не обратно в магазин. Кастет посмотрел на меня скептически, пробормотал «на барахле засыплешься». Сам он взял только блок сигарет «Лаки страйк».

Над трупом охранника плавала очередная карта, в этот раз с красноватым отливом. Я её тоже взял, а Кастет равнодушно прошёл мимо. Переступили поваленные стеллажи, двери приветливо распахнулись. Улица с непроизносимым названием имени Карла Либкнехта была неестественно пуста. Ясный день. Солнышко светит, ветерок дует, а народу никого. Внезапно где-то вдалеке раздался душераздирающий крик.