Он заливисто захохотал.

— Так приходите к нам на выставку.

Я подал водителю визитку-приглашение.

— Вот за это спасибо! Будем считать, что ты расплатился.

Дядька широко улыбнулся. Улыбка у него была такая располагающая. Есть все-таки в стране советской настоящие люди!

Для персонала имелся отдельный служебный вход, но мне некогда было обходить здоровенный выставочный комплекс. И я помчался через центральный, доставая на ходу бейджик с печатью. Внезапно на лестнице меня догнал злой окрик:

— Парень, ты куда? Сюда не положено. Выйди на улицу

«Это что еще за новости? А если я простой гражданин и пришел раньше срока узнать программу? И что за нахальное тыкание?»

Здоровый молодец в черном костюме с нескрываемым чувством превосходства, не особо торопясь подходил ко мне. Бейджик он осмотрел скептически, и только я собрался идти дальше, ибо опаздывал, как прицепился к моей сумке.

— Что тут у вас, молодой человек?

Я сделал два вдоха и выдоха.

«Что за болван? Черт, надо было идти через задний вход. Но все равно, какого черта?»

Опять треклятый комплекс вахтера. Этого деятеля я здесь еще не наблюдал, видимо, прислали новеньких на подмогу. Охраной комплекса занималось местное КГБ, усиленное людьми из столицы. Улицы патрулировала милиция.

— Фотоаппарат вам зачем?

— Для работы.

— Не положено.

— Слышь, служивый, ты бы лучше со списком сверился, что мне положено, а что нет.

Я взял свой верный «Зенит» и начал упаковывать его в сумку, когда охранник схватил меня за запястье.

— Куда? Стоять!

Этот парень был знатно удивлен тем, что я спокойно доделал начатое. Его пусть и тренированных, но силенок не хватило для моих железных мускулов. Удивление четко просчитывалось на его побагровевшем от напряжения лице, быстро сменившимся откровенной злостью. Накалившуюся обстановку разрядил второй охранник, сидевший за столом.

— Илья, у него, вообще-то, есть допуск. Он в списке значится как ведущий персонал.

Настроения мне эта ненужная перепалка на турникете не прибавила. Я быстро переоделся в нашем закутке, скоро пойдут первые делегации. В комплексе существовал четкий дресс-код — черный низ, белый верх. По причине жаркой погоды ходили в рубашках с галстуком. Вот с ним и случились сейчас проблемы. Вчера дежурную рубашку забирали на стирку и глажку, а галстук кто-то развязал. Черт, а я его завязывать не умею. Так за прошлую жизнь и не научился. Если и ходил в пиджаке, то без него. В театр замысловато повязывал шарфик, чтобы выглядеть солидно. Еще жена постоянно с этого перфоманса ржала. И где, черт дери, Иришка? Вот она умеет это делать. Пора открываться, скоро люди пойдут. Палево! Привел меня в себя нежданный звонок. Все в выставочном центре было телефонизировано, да и его необычный дизайн помещений смотрелся бы неплохо даже в двадцать первом веке.