Учитель замолчал, углубляясь в изучение рассыпного строя оценок в журнале.

– Так, а что было на остальной части Североа мериканских Соединенных Штатов, расскажет… – он остановил карандаш напротив фамилии, – Игнатьев.

Поднявшийся из-за парты ученик слыл в классе сердцеедом-красавчиком – что, впрочем, не мешало ему проявлять известную сообразительность и прилежность в учебе.

– Победа конфедератов была предопределена, – с тоской в голосе отвечал испытуемый. – Здесь сказалась высокая идейная сплоченность южан и значительно лучшая военная подготовка, а также – бесперебойное снабжение, организованное Англией и Францией. Плюс к этому надо отметить, что министры президента Бьюкенена, правившего до Линкольна, сделали все возможное, чтобы обеспечить победу южан. Так, к примеру, армия по приказу командующего, генерала Скотта, была рассредоточена мелкими гарнизонами на Дальнем Западе вместо того, чтобы быть посланной на юг…

Учитель покачал головой:

– Быть сосредоточенной на границах южных штатов.

– … А министр финансов Кобб буквально опустошил государственную казну, переведя все деньги в южные банки, – продолжал ученик. – Кроме того, по приказу военного министра Флойда в южных штатах было складировано около полумиллиона ружей Шарпса, попавших в руки повстанцев в первые же дни войны.

– Хорошо, – подтвердил учитель. – А что было после войны?

Игнатьев набрал полную грудь воздуха, выдохнул и продолжил отвечать вызубренный урок.

– Одним из главных условий военных поставок конфедератам англичане выдвинули предоставление рабам определенных прав. В первую очередь англичане боролись с работорговлей, а уж потом думали о неграх.

– Игнатьев, не говори ерунды, – поморщился учитель. – Понятное дело, что более всего англичан тревожила не работорговля, и уж конечно, не судьба этих самых негров, а индустриальная мощь северных штатов, год от года растущая и уже составляющая конкуренцию промышленности Британии. После убедительной победы южан Англия получила широкий доступ к американским заводам, материальным ресурсам и рынкам сбыта. Конечно же, им понадобились миллионы рабочих рук, максимально дешевых, но все же имеющих стимул работать и зарабатывать на жизнь себе и своей семье. Зарабатывать на жизнь – и, следовательно, тратить заработанное. Рабы же, как мы помним, были неотторжимой собственностью хозяев, что в разы уменьшало как северо-американский рынок сбыта, так и возможность наращивать здесь производственные мощности. Таким образом, вчерашние невольники обрели возможность покупать за свои деньги похлебку, которую прежде им бесплатно выдавали хозяева.