Музыка в этот момент затихла, а люди начали выражать мне благодарность!
— Заходи к нам в гости! — звали они.
— Мы отплатим добром! — говорили они.
Жители Кордона и их ближайшая родня благодарили, женщины плакали, в том числе и молодые.
Егерь подошёл ко мне и, обняв, сказал:
— У нас народ помнит добро! Помни, это место всегда будет твоим домом!
— Спасибо, — улыбнулся я, растроганный таким неожиданным поворотом.
— Да, — подошла и красавица Аглая. — Убив этих ублюдков ты всех спас, — и густо покраснев, добавила: — Даже меня, несмотря на мой дар.
После чего прижалась всем своим великолепным телом.
А в следующий миг из леса донёсся разъярённый вой.
Глава 7
Откуда я знаю, что он разъярённый? Достаточно просто: выл человек, а тут понять эмоцию не сложно.
А потом из леса начали появляться волки, и было их много. Ощущение сложилось такое, что их насильно выгнали из леса, перед этим изрядно накачав адреналином.
Слюна стекала вперемешку с пеной, звери рычали и скалились.
Какая-то женщина закричала, и это стало отправной точкой к панике.
Люди, переворачивая столы, рванули к своим жилищам, а волки понеслись вслед за убегающими.
Я же мгновенно разогнал своё сознание и начал думать. Мир вокруг замедлился, а мне ничего не приходило на ум. Их много, а я один. Оружия тоже нет, да и стрелять, когда вокруг гражданские, такое себе.
Тут я заметил приставленную к столу саблю Семёна Николаевича и решился. Хоть я и был заметно быстрее других, но тело не поспевало за сознанием, а потому пришлось выйти из состояния разгона сознания, ощутив после применения техники лёгкую боль в затылке.
Багратион обещал, когда я стану достаточно сильным, таких последствий больше не будет. Хочется верить, а то весь этот путь силы больше похож на мазохизм. Одно радовало, что всё это было не зря и сейчас у меня есть прекрасная возможность доказать это на деле.
Тепло привычно растеклось по телу, а моя воля сконцентрировала большую часть тепла в ногах. Рывок, и в моих руках выхваченная из ножен сабля. Ещё два рывка, и два хищника лишились голов.
Техника рывков, как её незатейливо обозвал Багратион, быстро забирала силы, и я чувствовал, что ещё немного и свалюсь, вот только люди до сих пор в опасности, а единственный вариант их спасения — скорость.
Забавно, но теперь мой разум не успевал за телом, которое уже начинало ныть от нагрузок. «Чёрт, я до сих пор слишком слаб!» — пронеслась мысль и исчезла в круговороте крови и ярости.
Внезапно я ощутил невероятную лёгкость и ясность, боль вся, даже в затылке, ушла, уступив место бодрости и силе. Я мельком оглянулся и заметил Аглаю, у которой из носа побежала струйка крови.