Печатными буквами, очень медленно, с расстановкой, чтобы наконец-то погрузиться в саму суть, я вывела на бумаге:
Я УМЕРЛА 14 ЯНВАРЯ 2026 ГОДА. Я ЖИВА 7 МАРТА 2005 ГОДА. И ЭТО НЕ СОН.
Я дважды подчеркнула последнюю фразу, так сильно надавив на ручку, что бумага в одном месте прорвалась.
Это была моя база. Точка отсчёта. Мне сорок четыре года, и я заперта в теле Марины Вершининой, какой-то двадцатидвухлетней девчонки из Тюмени. У меня (или у неё?) нет ни денег, ни влияния, нет моей команды и моей квартиры. Зато у меня есть память о том, что произойдёт в ближайшие двадцать лет. И ещё был какой-то странный глюк с субтитрами.
Спокойно, Кустова, дыши.
Я сделала ещё один глоток омерзительного кофе.
Паниковать сейчас нельзя. Нужно отталкиваться от вводных, какими бы они там не были. 2005 год это время больших возможностей и ещё больших глупостей. До первого кризиса ещё целых три года. До появления нормальных соцсетей в их привычном виде столько же. Телевидение пока ещё правит миром, и абсолютно всё решается через нужных людей в нужных кабинетах.
Я отлично знала, как строить карьеру, как манипулировать чужим вниманием, как заставлять людей покупать, продавать, верить, восхищаться и ненавидеть ровно по расписанию. В две тысячи двадцать шестом я была настоящей акулой в океане: холодном, перенаселённом, цифровом океане. Здесь же, в две тысячи пятом, с моим багажом знаний, привычек и пониманием того, как устроен мир будущего, я могу быть мегалодоном в каком-то детском бассейне… Слишком большой, слишком зубастой, слишком опасной для всех этих людей с кнопочными телефонами, пейджерами и модемным интернетом.
— Ладно, — тихо прошептала я, глядя на свой листок и, чувствуя, как внутри медленно поднимается знакомый азарт. — Посмотрим, что из всего этого получится.,.
Из комнаты вдруг донёсся грохот, Жанна там явно уронила фен, а следом послышалось раздраженное:
— Да твою ж мать, блин…
Я невольно усмехнулась. Жизнь продолжалась, совершенно не замечая того, что в этой обшарпанной квартире только что изменился сам порядок величин. Мир пока ещё жил по старым правилам. Просто никто, кроме меня, не знал, что срок их годности уже истёк.
Я аккуратно сложила листок вчетверо и спрятала его в карман джинсов. Пора было всё же выходить в этот старый-новый мир. Как минимум, сначала надо разобраться, что там у меня за проблемы с дипломом.
Глава 2
Артём
Siemens на тумбочке снова пискнул, уже в который раз за это утро. Я взял его в свою руку, ощущая под собственными пальцами непривычный, шероховатый пластик корпуса. На экране красовались целых три непрочитанных сообщения. И все они до единого были от контакта «Мама».