Мужские особи этого вида были большими, сильными и жестокими животными. Высота в холке среднего гурана была почти два метра, и если ранить такое существо, или напасть на его детей, оно становилось очень опасным — и именно поэтому сейчас у Йена не было права на ошибку. Он продолжал осматривать местность, но нигде не мог обнаружить даже следов самца. Уже почти бросив это дело, парень вновь спрятался за камень, и счистил наледь с прицела — и в этот самый момент краем глаза заметил движение совсем недалеко от себя.
Развернувшись, он увидел выходящего из леса позади себя самца. Он был как раз такой, каким его представлял Йен — двухметровое копытное с мощными ветвистыми рогами, длинной шерстью и небольшой бородкой, превратившейся в сосульку.
Молодой человек медленно поднял винтовку к плечу: перекрестие оптики выхватило грудь животного.
Неожиданно тот сорвался с места, и побежал прямо на Йена! Парень этого не ожидал, но смог прицелился точнее уже после того, как первая пуля выбила фонтанчик снега за спиной гурана.
Бах! Бах! Бах! Треск выстрелов покатился по льду, уносясь куда-то вдаль. Гуран споткнулся, прыгнул чуть вбок, но последняя пуля опрокинула его, и теперь Йен видел, как бьются копыта, разметая снег в том месте, где животное упало.
Йен услышал за спиной быстрый цокот копыт, тревожный крик самки, и тоненькие ответы её детей. Он оглянулся, и увидел как малыши спешат к мамаше, пробираясь по слишком высокому для них снегу. Проводив их взглядом, парень направился к добыче.
Гуран был уже мертв — вторым выстрелом Йен попал ему прямо в сердце, а третьим пробил лёгкое. И хотя промазать с такого короткого расстояния в столь широкую грудь было сложно, де Райдо порадовался, что зверь погиб быстро, и без мучений.
Тащить здоровую тушу на себе Йен не собирался — да и не было в этом никакой нужды. Стянув рюкзак, он достал оттуда два длинных бруска. Щёлкнув кнопками, он разложил их надвое, затем положил с двух сторон от животного, и отдал команду спутнику. Бруски поднялись в воздух, метра на полтора, не больше, и окутали гурана серебристым сиянием. Туша, словно оплетённая пленкой, медленно поднялась. Сияние сформировалось в равномерный кокон, удерживающий гурана в воздухе.
Йен привязал эти носилки к своему спутнику, и двинулся к дому Ластора. Всю дорогу назад кокон с животным величественно плыл рядом с человеком.
Вернулся Йен уже затемно. Уставший, но довольный, парень сначала отбуксировал тушу на ледник. В окнах первого этажа он снова заметил свет, и де Райдо решил, что Ластор дожидается его возвращения.