— Меня зовут Кучаев Артём, и кто такой Физик одиннадцать восемь три семь я понятия не имею. Если нужна моя помощь в работе с энергоном — я готов обсудить условия. Если нужна информация о том, каким образом мы с моим партнёром обнаружили залежи артефакта, что поняли о нём всего за пару часов работы — я готов обсудить условия. Если вам вообще что-то от меня нужно — я готов это обсудить. Если же нет… Запускайте своего палача. Может что-то из нас вытащить сейчас и получится. Но обещаю — при первой возможности я последую за Нильсом и возитесь с энергоном сами. Может, другие учёные окажутся более сговорчивыми. Но уже без меня.

С вашего счета списано 3 кванта. Причина: повторное неуважение к хозяину.

Баланс: 37 квантов.

Повисла пауза. Из динамиков отчётливо слышалось дыхание премьер-министра, даже Йозеф прекратил начищать инструменты и безучастно стоял как манекен, ожидая решения Игнатова. Пауза затягивалась. Артём успел даже подумать о страшной каре, что настигнет его за опасные слова, но ни о чем не жалел. Лучше так, чем торчать в этой тюрьме остаток долгой жизни. Неожиданно помощники эмоционального импотента бросились развязывать Артёма и Лизу с такой скоростью, словно сдавали тест на смену шин в Формуле-1.

Поздравляем! Вы заслужили право на изменение имени.

Вас именовали в честь Нобелевского лауреата Кучаева Артёма. Носите это имя с гордостью!

— Хорошо, Артём. Давай договоримся. Чего же ты хочешь?

Разговор вышел долгим и обстоятельным. За это время успел нагрянуть новый хозяин кабинета, оценил ситуацию и посчитал своим долгом начать знакомство с вверенной ему территорией откуда-нибудь издалека, возможно даже с подземных этажей. Новый Нильс Бор оказался достаточно неприметным человеком. Среднее телосложение, средний рост, средняя внешность — взгляду вообще не за что было зацепиться. Идеальный винтик в машине под названием «закрытый институт гениев».

Много Артём получить не сумел. Да и не хотел, если честно. Физик понимал — как только он взгромоздит на себя кучу обязательств, сидящий внутри перфекционист потребует их исполнения и планы по освобождению останутся только планами. Все, за что Кучаев бился до последнего — за свою напарницу. Отдавать Лизу кому-либо он не собирался. Игнатов долго не мог понять, для чего потребовалась гениальному учёному обычная толстуха, мало чем выделявшаяся на фоне остальных учёных. Пришлось рассказывать о том, как энергон влияет на людей и что он с ними творит. Премьер-министр даже перенастроил обычную связь на видео, чтобы своими глазами убедится в преобразовании девушки. Собственно, это было единственное, что требовал Артём. Остальное Игнатов дал сам — собственную кафедру на двадцать человек, право на найм «мяса», неограниченные полномочия на уровне заместителя 4-го блока, а также возможность посещать подземелье в любой момент времени.