* * *
Первым делом после возвращения домой я принялся пересматривать видео, заснятое на камеру в замыкающей машине. Рядом устроились Скрипка, Джек и Гуру, который первый слежку и заметил.
— Вот! Вот он, Volvo! — тыкнул Гуру пальцем прямо в экран, оставив на нём радужное пятно. Всё, хана экрану.
— Спасибо тебе, Гуру. Теперь мне намного лучше видно, что это за машина, благодаря этому пятну, — поморщился я.
— Гуру, ты дебил? — нахмурился Джек. — Нахуй ты экран сломал?
— Я просто тыкнул! — начал он оправдываться.
— Я сейчас в тебя тыкну! — зарычал он в ответ, после чего вздохнул. — Пойду, принесу новый…
После того, как мы подключили новый монитор и поставили Гуру подальше, чтоб он и этот не сломал, принялись рассматривать… пытаться рассмотреть машину. Да только дело было вечером, и включённые фары безжалостно слепили, не давая возможности понять, что же это была за машина. Я даже не смог бы сказать, что это за марка, так как, по сути, мы видели только два святящихся пятна от фар.
— Это может быть какая угодно машина. Не обязательно Volvo, — хмуро заметил Скрипка. — С экрана ведь и не поймёшь. Гуру, ты номер запомнил её?
— Да.
— Черкани, я пробью по базам.
— Жаль, что это навряд ли поможет, — вздохнул я. — Если они не идиоты, то номер будет или на арендную машину, где никто толком не вспомнит покупателя, или скручены с совершенно другой.
Как я предполагал, машину мы так и не нашли. Пробив по базам, Скрипка только и смог выяснить, что номера приписаны к какому-то старому пикапу, который уже давно не ездит и стоит в одном из дворов города. Что касается аренды машины, то таких кампаний было немало, и Volvo девяносто шестого года тёмно-сизого цвета там было навалом. Хуже то, что брали их без паспорта и на просьбу вспомнить, кто же всё-таки брал в аренду машину, хозяева только разводили руками, давая всегда примерно один и тот же ответ:
— Через нас столько людей проходит, мы уже и не помним.
В их журналах мы тоже ничего интересного не нашли. Быть может, что и машину-то даже в аренду не брали. Просто купили где-нибудь или угнали, чтоб избежать преследования.
Как бы то ни было, но после того вечера, когда мы съездили к Янмэй отвезти деньги, никто больше преследования не заметил. Ни Volvo, ни подозрительных машин, ни повторяющихся номеров, словно тот, кто следил за нами, потерял интерес. Я ещё некоторое время думал над этим, гадая, кому мог понадобиться, но потом голову заняли более важные дела.
А они были. В первую очередь, Верхний город, который теперь сотрясали аресты. Всё зашло так далеко, что со мной связался Руссо и попросил помощи. Ну как попросил, мы встретились в одном из баров, который, как я полагал, принадлежал ему, где можно было спокойно поговорить о делах насущных.