— А теперь насчёт уговора. Я всё сделаю и отдам твоей сучке на побегушках. Дашь там… не знаю, куда это собрать. А насчёт информации… — всего на мгновение, на какое-то мгновение я увидел сомнение в её глазах. — Ты действительно хочешь знать?
— Давай уже, Ишкуина. Что там, меня хотят убить?
— Скажи я сейчас всё как есть, и ты сделаешь кое-что, Томми, — негромко сообщила она мне.
— Убью тебя?
— Меня нельзя убить. Ты убьёшь себя.
Повисла тишина.
— Убью… себя?.. — не понял я, переспросив через, казалось, вечность тишины.
— У тебя есть выбор. У всех есть выбор, дорогой. И ты сделаешь свой, сделаешь именно его, потому что иначе не сможешь. Всё, что имеет начало, имеет и конец. Однажды конец наступит и для тебя, — я нервно сглотнул при её словах. — Ты будешь идти до последнего и не отступишь ни перед чем, потому что в тебе есть принципы, не те жалкие, с кем трахаться, а с кем нет. Твоя империя будет жить, но уже без тебя. И даже уже зная это, ты поступишь так, как считаешь нужным. И этим выбором ты подпишешь свой приговор.
— Что я выберу?
Она улыбнулась.
— Ты поймёшь это в своё время, точно поймёшь, но сделаешь всё по-своему. Дело в том, что твой несмышлёный идиот дружок. Как его там…
— Джек… — у меня внутри всё обвалилось.
— Он уже умирает. И не дотянет даже до заката.
Глава 248
Джек?..
— Как… ты о чём? — я пытался быстро собраться мыслями. — Нет, мне бы точно позвонили, так как…
И в этот самый момент зазвонил телефон. Я мгновенно схватил трубку и посмотрел на экран. Номер не был в моих контактах, однако я мог точно сказать, что если звонит он — произошло что-то очень важное.
— Уже звонят, — заметила она. — Возьми трубку.
Я в какой-то прострации, до последнего надеясь, что это тупая шутка Ишкуины, взял телефон.
— Да? — неуверенно спросил я.
Кому принадлежал голос, я так и не понял. Зато хорошо принял смысл сказанных слов.
— Босс! Наш сосед сделал свой ход по нашим объектам. Часть из них уже была готова для этого, но… некоторых накрыло и… там… Джек угодил в больницу, — закончил неуверенно человек на другой трубке, словно боялся сообщить мне это, будто я могу телепортироваться туда и убить его за такие слова.
— Как он? — сердце забилось как сумасшедшее. На лице выступил холодный пот. — Жив?
— Да, но… врачи говорят, что до вечера может не протянуть. Мы уже вызвали врачей, но… его везти к соседу — самоубийство. Завалят по дороге. Тут ещё полиция не сильно торопится… Короче, обходимся теми силами, что есть, но…
— Я выезжаю, — я повесил трубку в какой-то лёгкой прострации. Новость была как удар молотком. Может если бы не то, что эту новость сообщила мне сначала Ишкуина, а сразу они, я был бы в своей стихии, а здесь словно сбили с толку и… если я буду делать как думаю, могу помереть.