— Ты по поводу грузовика? — решил он побыстрее перевести тему.
— Он когда будет готов? И это кто там у двигателя?
— Он не ездит, — покачал Сэндмэн головой. — Вернее, ездит, но не быстрее сорока километров в час. Этих парней прислал Скрипка, сказал, что они надёжные, будут молчать и смогу движок обратно собрать.
— Собрать обратно?
— В смысле, перебрать, — поправил себя Сэнмдмэн. — А готов… мы сейчас только установили на раму платформу, чтоб пушку поставить. Контейнер разрезали, потом просто сварим всё обратно поверх. Это займёт где-то… не знаю даже. Если срочно, то управимся буквально за день, за два. По-хорошему, три или четыре. Это если двигатель починят.
— Хорошо, — я боялся, что это может растянуться вообще на месяцы. — Если нужно двигатель новый купить, говори сейчас лучше, а не потом. Чтоб сразу.
— Да я думаю… нет, не надо, мы справимся, — наконец решил он.
— Ладно, как скажешь. Я хочу, чтоб ты потом вывез ребят, кто будет с ней орудовать, в лес. Пусть выпустят один или два снаряда. Для того, чтоб не было потом «ой, а как она стреляет». Так что понял, думаю, свой фронт работ. Постарайтесь побыстрее, чёрт знает, когда клюнет.
Клюнет Брюссель, и нам в лоб. Такое надо иметь сразу под рукой.
После этого я рванул к ведьмам. К ведьме. Единственной по сути, с которой у меня был контакт и которую я знал где искать.
В первые секунды, подойдя к двери, я немного помялся, словно собирался приглашать девушку на свидание. Не знаю, что на меня нашло, но, тряхнув головой, я постучался. Подождал минуту и ещё раз постучался. Дверь была словно в бункер, будто Нинг боялась, что сюда кто-то ворвётся. Или кто-то вырвется. На третий раз я наконец услышал долгожданные щелчки замком.
Дверь слегка приоткрылась, и оттуда высунулась милейшая мордашка… эм…
— А ты мальчик или девочка? — спросил я, не совсем понимая, кто передо мной. Потому что ребёнок лет шести выглядел так, что мог быть и мальчиком, и девочкой. И я просто затруднялся определить его принадлежность к полу.
— Я Зигфрид.
— Понятно, я к мисс Нинг.
— Тётя Нинг сейчас занята, — известил меня ребёнок.
— Я могу войти?
— А вы друг?
— Друг, — с самым ответственным видом кивнул я.
— Тогда можно… — он толкнул дверь, пропуская меня внутрь. — Точно друг?
— Честное слово, — приложил я ладонь к груди.
— Ну ла-а-адно…
Я вошёл во всё тот же обшарпанный коридор, закрыв за собой дверь. Малец сразу же умчался в глубины этого приюта, скрывшись за поворотом. Я, неспеша разувшись и сняв куртку, двинулся следом. Попал сначала в столовую, которая пустовала. Огляделся. Здесь было две двери — одна в коридор, где располагалась одна из комнат, в которой отлёживался; другая с противоположной стороны, откуда доносился настоящий детский ор.