Именно эти две фразы в начале нашего задушевного разговора с матерью Марго, звучали чаще всего из моих уст.

Мадам весьма вежливо, но весьма настойчиво изучает и расспрашивает меня.

И мне понятно почему.

В самом конце августа матери только — только исполнилось 40. А первого сентября дочери — 21! В принципе, отличный подарочек обеим вышел.

А ещё… теперь не только по фото, а и по собственному впечатлению, понятно, в кого внешностью и характером вышла Марго.

Не знаю, что ей передалось от отца — новозеландского морячка по имени Уильям Шелто (Гарри) Миддлтон, бросившим Мари и единственную дочь Маргарет в 1925 — м, да так, что о нём больше не было «не слуху, не духу», но настойчивость Марго точно получила от матери.

Обе «пробивные».

И мать сейчас очень — очень переживает за свою кровиночку. Мари хочется верить, что у Марго всё сложится со мной и она не повторит её судьбу..

Маргарет очень устала от перелёта и едва перекусив, уже спит.

А я не спеша наслаждаюсь второй порцией ростбифа, приготовленном Мари в электрическом духовом шкафу производства 30-х годов, оставшемся от прежних владельцев особняка.

Она расстаралась. А впереди ещё ждёт свиная отбивная в кленовом сиропе!

Не, ну я знал, что кленовый сироп — нацблюдо Канады, и даже добавлял его в тот же молочный коктейль у себя в 21 веке, но чтобы свининка в нём? Как — то не довелось в 21 веке именно такое покушать.

Оригинально… сейчас заценю.

Видно, как Мари хочется, чтобы судьба Марго была лучше, чем её… вот как старается наладить отношения с первого дня знакомства! Мне же осталось только не ударить лицом в грязь самому:-)

Жаль, что на многие вопросы мамы Маргарет я тупо не могу ей ответить, что не сокращает путь для установления доверительных отношений..

Мои родственники, детали моей биографии и прочая и прочая..

На всё приходится выдавать очень уклончивые ответы. Со скрипом сообщаю кусочек правды, которую ей придётся принять, чтобы не лезть в моё прошлое.

— Мэм, всего 4 месяца назад я перестал иметь какое — либо официальное отношение к советской… секретной службе. С завершением войны моя просьба об увольнении из рядов ГУГБ НКВД и о переходе к сугубо научной деятельности была удовлетворена. Многие прошлые… ограничения ныне перестают иметь значение в моей жизни, но кое — какие остаются. Среди них те, которые касаются части моей прошлой жизни. Ныне я планирую вести почти обычную жизнь и не вспоминать о некоторых сторонах прошлого..

Максимально открыто улыбаюсь Мари, недоверчиво слушающей меня и добавляю:

— .. как бы не было удивительно слышать вам подобные фразы из уст весьма молодого человека..