Всё было законно, всё было высокоморально.

Слова деда про то, что он может честно отчитаться за пути получения каждого миллиона, кроме первого, были совсем не шуткой.

Их бизнес ныне вполне укладывался в рамки законов. Которые, иногда(!) требовали лишь некоторой корректировки. Либо… приходилось искать совсем новые пути, «более изящные и высокоморальные».

Слова пришельца из будущего про фонды «там», про нанятых для управления множеством разросшихся бизнесов профессионалов- менеджеров (топ-менеджмент) очень хорошо складывались с теми текущими тенденциями, которые видел сам Нельсон уже сейчас..

* * *

— ..До меня доходят сведения, что тебя… действительно… - выделил слово отец, не отрывавший взгляд на вид Гудзоновой долины за окном — успели очень невзлюбить в Госдепартаменте.

Кое-что в прессу просочилось, отец был прав. Да. Но и… - нет.

— Но я на месте, мой пост посланника по Латинской Америке останется за мной.

— Благорасположением Рузвельта, который, как и я, уже не молод.

— Я не успел ничем его разгневать… - отшутился Нельсон — .. у меня хорошие отношения с его окружением.

— Мне не нравится твоя легкомысленность. Фрэнки — он как скала, и с его общественной поддержкой он легко пожертвует тобой при первом же промахе, найдя кем заменить. Наш бизнес в Латинской Америке уже не будет иметь такого политического прикрытия..

Нельсон имел абсолютно отличное от отца мнение по поводу своих перспектив, но «подарок клану Рокфеллеров» со сведениями из «иного будущего» от Рузвельта был, по сути, авансом, сделанным лично ему.

Не отцу — патриарху клана, ни другим родственникам.

Именно ему. И поэтому о «подарке» нельзя было ничего говорить прямо. Впрочем, отцу он кое-что скажет. Ничего не теряя, но дав понять, что его место около Президента никак не пошатнулось и не пошатнётся в будущем. В команду Рузвельта Нельсон уже вошёл прочно.

— ..Выборы в этом году, если ничего не случится непредвиденного, он выиграет точно, хотя со здоровьем у него действительно совсем не очень. Да на июльском съезде Демпартии вряд ли кто-то выступит против него. Война идёт хорошо. С разгромом Германии у японцев нет шансов совсем.

— Я в этом не сомневаюсь. Как и в том, что все видят, что форму Фрэнки теряет буквально на глазах.

— Несколько лет ещё он, возможно протянет. В лучшем случае — до конца следующего срока.

— Откуда такая уверенность? Считаешь, что ему совсем немного осталось?

— В его окружении все знают, отец. Да, именно год-два, может три-четыре.

— Вот как.. — Рокфеллер Джон Дэвисон (младший) принял новые сведения. Сын, несмотря на все конфликты с госсекретарём, демонстрировал непоколебимую уверенность в своём месте на Вашингтонском Олимпе.