Военные, финансисты и прочие. Готовых платить за первые поколения вычислителей.

Но мысли пришельца, выходящие за чисто программистские размышления, малопонятные Нельсону, были любопытны.

Тот считал возможным, ускорив научно-технический прогресс, сформировать массовый рынок и заполнить его востребованным «железом» и «софтом», ориентируясь на воспоминания Рожкова, плохо осознаваемые даже теми, кто был осведомлён об истинной сути происходящего.

Сын патриарха клана Рокфеллеров решился. Он обязательно будет одним из тех, кто получит самые сладкие барыши с будущего рынка информационных технологий!

* * *

А ещё… у Нельсона Олдрича Рокфеллера была мечта. Детская мечта. Но жившая в нём по сию пору.

Он желал стать Президентом Соединённых Штатов Америки!

К огромному сожалению, пришелец из «иной, параллельной вселенной» помнил послевоенных и ближе к его времени Президентов США, а насчёт того временного периода, когда Рокфеллер мог бы, наконец, оказаться в Белом Доме, как раз мог сказать мало чего.

Впрочем, это было не важно. Рожков был прав — история свернула на другое шоссе.

И ныне Нельсон будет, вдвойне прикладывая усилия, стремиться воплотить свою детскую мечту сына и внука миллиардеров.

А воплощение мечты пришельца — приблизить тот сверкающий цифровой мир, который окружал Рожкова в 2018-м, будет тут очень кстати.

Очень не зря в 21 веке, в ИТ США были в первой роли.

Будущий Президент США… из клана Рокфеллеров будет крайне передовым, либеральным и понимающим все перспективы технических новинок Президентом.

Избиратели США, которые вкусят через 15–20 лет удовольствия от домашних компьютеров-вычислителей, с удовольствием проголосуют за того, кто им устроит всё это.

Если пришелец мечтает о подобных дешевых устройствах «для каждого советского школьника», то почему будущий Президент США не может мечтать и участвовать в реализации детских (и взрослых!) удовольствий новых, цифровых времён тех, кто затем искренне проголосует за него?

* * *

Конец января 1944. Нью-Йорк. особняк на 14-й улице (Манхэттен). Рожков Н.Е., Миддлтон М.И. и кроха, едва-едва получившая имя..

Марго укачивает на руках наше дитя. У меня… у нас… есть дочь!

Ребёнок, рождение которого было невозможно в «моём прошлом». Скорее всего, в 2018-м Марго уже не было на свете, но что-то, случившееся с ходом времён, помогло случиться немыслимому.

Дитя от двоих из двух разных эпох. Какая у неё будет судьба?

Её зовут Марина. Как вариант, сочетающий в себе часть имени Мари — матери Марго и имени одной из моих сестёр, оставшихся «неизвестно где».